Судебные решения, арбитраж
Штатное расписание; Документирование трудовых отношений
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Хрущева О.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего Колесниковой О.Г.,
судей Ивановой Т.С.,
Редозубовой Т.Л.,
при участии прокурора отдела по обеспечению участия прокурора в гражданском и арбитражном процессе Свердловской областной прокуратуры Истоминой И.В.
при секретаре Пермяковой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Л. к ГБУЗ СО <...> о восстановлении на работе, компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе истца на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года.
Заслушав доклад судьи Редозубовой Т.Л., объяснения истца, его представителей Б. (доверенность <...>), Ж. (доверенность <...>), Р. (по устному заявлению), Х. (по устному заявлению), поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика О., возражавшей относительно доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Истоминой И.В. указавшей о законности и обоснованности решения суда, судебная коллегия
установила:
Л. обратилась в суд с иском к ГБУЗ СО <...> о восстановлении на работе, компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указала, что на основании трудового договора с <...> года занимала должность <...> ГБУЗ <...>. <...> была уведомлена работодателем о расторжении с ней трудового договора в связи с сокращением штата. В соответствии с приказом ответчика от <...> уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Полагала увольнение незаконным, поскольку оно носило мнимый характер, явилось следствием конфликта между истцом и <...>. Не имелось какой-либо экономической обоснованности сокращения штата в части занимаемой ей должности. Не соблюдены требования ч. 5 ст. 373 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку мнение профсоюзного органа по увольнению истца получено <...>, тогда как увольнение имело место <...>, то есть более чем через <...>. Кроме того, на профкоме вопрос о сокращении Л. не обсуждался, мотивированное мнение было подготовлено уже после ее увольнения. Работодателем нарушены положения ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации, так как все N <...> по медицинской части имели одинаковые образование, квалификацию. Производительность труда <...> сравнить невозможно, поскольку каждый из них курировал различные направления деятельности учреждения, поэтому необходимо было производить сравнение в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации. В нарушение положений Устава медицинского учреждения, увольнение Л. не согласовано с Министерством здравоохранения <...>.
В судебном заседании истец, ее представитель исковые требования поддержали.
Представитель ответчика О. в судебном заседании исковые требования не признала. Указала о законности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Прокурор в своем заключении полагал об удовлетворении исковых требований.
Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года в удовлетворении исковых требований Л. отказано.
С указанным решением не согласился истец. В апелляционной жалобе (дополнениях к ней) просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. Указывает о том, что судом не были установлены причины, цели и объективные основания для сокращения штата в организации ответчика. Ссылается на то, что выводы суда о квалификации работников, должность которых сокращена, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что привело к неправильному применению судом ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации. Суд посчитал установленными имеющие значение для дела обстоятельства в отсутствие надлежащих доказательств. Неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении по делу <...> экспертизы на предмет подлинности письма Министерства здравоохранения Свердловской области от <...> года N о согласовании сокращения истца. Суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы истца о том, что изменение организационно-штатной структуры учреждения связано с намерением работодателя уволить конкретного сотрудника.
Возражений на апелляционную жалобу не представлено.
Истец, его представители Б., Ж., Р., Х. доводы апелляционной жалобы (дополнений к ней) поддержали в полном объеме.
Представитель ответчика О. возражала относительно доводов апелляционной жалобы.
В своем заключении прокурор Истомина И.В. полагала о законности и обоснованности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, верно, применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, на основании исследования и оценки, имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделан обоснованный вывод об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Л., суд первой инстанции исходил из правомерности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они не противоречат действующему трудовому законодательству и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Как указано в п. 2 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации.
В силу ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.
На основании разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно при условии, что он был предупрежден персонально и под расписку не менее чем за 2 месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации) и не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года N 581-О к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения граждан с работы, в частности в связи с сокращением штата работников (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации), относится необходимость соблюдения работодателем установленного порядка увольнения: о предстоящем увольнении работник должен быть предупрежден работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения; одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся у него работу (как вакантную должность или работу, соответствующую его квалификации, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния здоровья, причем перевод на эту работу возможен лишь с его согласия (часть третья статьи 81, части первая и вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с приказом работодателя от <...> N в целях повышения эффективности использования кадровых ресурсов больницы, оптимизации численности административно-управленческого персонала в штатном расписании ГБУЗ СО <...> подлежат сокращению N должности <...>, N должность <...>.
Правовое обоснование принятого решения о сокращении не может быть предметом судебного разбирательства, поскольку решение данного вопроса относится к компетенции работодателя, в противном случае это явилось бы вмешательством во внутриэкономическую деятельность хозяйствующего субъекта.
Ответчиком, как того требует ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации, <...> истцу под роспись вручено уведомление о сокращении занимаемой должности <...>. В уведомлении указано о наличии вакантных должностей, от которых Л. отказалась. На предложенные работодателем вакансии <...> истец также ответила отказом.
Как правильно указал суд первой инстанции, требования вышеуказанной нормы закона были исполнены. Проверяя доводы истца о том, что ему не были предложены должности, занимаемые совместителями, суд указал о несостоятельности таких доводов, поскольку работник, выполняющий трудовую функцию по совместительству, обладает равными правами с работником, выполняющим работу на постоянной основе.
Указанные доводы приведены истцом в апелляционной жалобе, которые судебная коллегия также не может принять во внимание.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что наличие вакансий, которые могли быть предложены истцу, судом не установлены.
Установив, что Л. является членом профсоюза, судом проверено выполнение работодателем требований ст. ст. 82, 373 Трудового кодекс Российской Федерации.
Оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к верному выводу о том, что требования вышеуказанных норм закона ответчиком были соблюдены.
В адрес председателя первичной профсоюзной организации ГБУЗ СО <...> было направлено уведомление о сокращении численности административно-управленческого персонала, где указывается решение о сокращении N должностей <...>. Одновременно сообщено о намерении прекращения трудовых отношений по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации с Л. и Г.
Согласно мотивированному мнению профсоюзной организации ответчика, полученного <...>, возражений против сокращения Л. и Г. не имелось.
Приняв во внимание, что в период с <...> по <...> истец находилась на листке нетрудоспособности, правильным является вывод суда о том, что прекращение трудового договора с Л. <...> произошло не позднее одного месяца с момента получения мотивированного мнения первичной профсоюзной организации.
Часть первая статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации также относится к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением штата работников, - она определяет основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе. Установив в качестве таких критериев более высокую производительность труда работника и его квалификацию, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты трудовых прав работникам, имеющим более высокие результаты трудовой деятельности и лучшие профессиональные качества, так и из интереса работодателя в продолжении трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно работающими работниками.
Приказом от <...> N в целях обеспечения контроля за соблюдением законодательства в ходе реализации организационно-правовых мероприятий, связанных с высвобождением работников решено создать соответствующую комиссию.
Согласно протоколу данной комиссии от <...> было принято решение о том, что из N работников, занимающих должности <...>, Н. И Е. имеют преимущественное право на оставление на работе. Г. не соответствует квалификационным требованиям для замещения должности <...>, в сравнении не участвовала.
Указанный протокол подтверждает, что оценка квалификации, результатов трудовой деятельности и профессиональных качеств N <...> осуществлялась путем сравнительного анализа уровня образования, стажа работы в сфере организации здравоохранения, объема должностных обязанностей и др. Согласно протоколу Л. имеет <...> образование, но в отличие от Н. и Е. у нее отсутствует специальность <...>, истец имеет меньший стаж в сфере организации здравоохранения - N лет, в то время как Н. данный стаж составляет N лет, у Е. - N года. Учтено, что в соответствии с должностными инструкциями Л. курирует только N подразделения, в то время, как Н. - N подразделений, Е. - N подразделений, при том, что круг должностных обязанностей Л. уже, чем у других <...>.
Тщательно исследовав документы об образовании вышеуказанных лиц, их трудовые книжки, должностные инструкции, приняв во внимание уровень образования, опыт работы в сфере организации здравоохранения, с учетом распределения обязанностей между ними, суд пришел к выводу об обоснованности принятого решения комиссией.
Вопреки доводам автора жалобы, показатели, положенные в основу решения комиссии (присвоение специальности, последипломная профессиональная переподготовка по специальности, присвоенные категории, стаж в сфере организации здравоохранения, повышение квалификации, дополнительные функции, количество курируемых подразделений, должностные обязанности, замечания непосредственного руководителя, награды) являются правильными, не противоречащими положениям ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации.
Доводы о том, что производительность труда Л., Н. и Е. надлежало признать одинаковой (в связи с невозможностью ее измерить), проводить сравнение работников по иным показателям (в т.ч. занятость в коллегиальных советах, группах, комиссиях ГБУЗ <...>), судебной коллегией отклоняются, поскольку они основаны на избирательном толковании нормам материального права. В силу прямого указания закона (ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации) работодатель обязан был учесть производительность труда <...>. Более того, определение оценки деловых качеств является прерогативой работодателя, который учел в совокупности между собой такие критерии как производительность труда и квалификация, поэтому судом отклоняются доводы жалобы о том, что в основу сравнительной таблицы показателей квалификации и производительности труда работников должны были быть положены иные показатели, в том числе и занятость истца в коллегиальных совета, группах, комиссиях ответчика.
Доводы автора жалобы о необходимости применения положений п. 5 ст. 2 Федерального закона от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании" в части определения понятия квалификации нельзя признать правильными, поскольку на спорные отношения он не распространяется. Таким образом, утверждения апелляционной жалобы о том, что Л., Н. и Е. имеют одинаковую квалификацию в части уровня знаний, умений и профессиональных навыков на нормах закона не основано.
Не имеет правового значения ссылка истицы на наличие у нее преимущественного права на оставление на работе в связи с наличием на иждивении N несовершеннолетних детей. Положения ч. 2 ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации применяются при равной производительности труда и квалификации.
Доводы апелляционной жалобы о недоказанности экономической целесообразности увольнения Л., мнимости увольнения, судебной коллегией отклоняются.
Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 35) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.
Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.
При этом оценка экономической обоснованности сокращения численности или штата работников не входит в компетенцию суда и является вмешательством во внутренние дела организации, суд со своей стороны обязан проверить лишь реальность осуществляемого ответчиком сокращения, что судом было сделано.
Достоверно установлено, что имело место сокращение численности и штата работников, о чем свидетельствует содержание приказа от <...>. Его реализация привела к исключению из штатного расписания N должностей <...>, что подтверждается представленными в материалы дела штатными расписаниями.
Больница является самостоятельным юридическим лицом, в ее уставе закреплено право руководителя на определение структуры и штата учреждения и вопросы, связанные с изменением структуры учреждения, штатной численности подлежат оценке исключительно работодателем.
Доводы апелляционной жалобы, что сокращение явилось следствием конфликта между <...> и истцом, основаны на субъективном мнении стороны истца.
Доводы о том, что судом необоснованно в основу решения положено письмо Министерства здравоохранения Свердловской области от <...> года "О сокращении N должностей <...>", отклонено ходатайство о назначении по делу <...> экспертизы в связи с сомнениями в его подлинности и даты изготовления, судебной коллегией отклоняются.
В соответствии с п. N Устава ответчика <...> назначаются на должность и освобождаются от должности главным врачом Учреждения по согласованию с Министерством здравоохранения Свердловской области.
Судом установил, что главный врач ГБУЗ СО <...> направил в адрес Министерства здравоохранения Свердловской области письмо от <...> N "О сокращении должностей <...>", в котором сообщил о сокращении N должностей <...>.
Согласно письму от <...> N Министерство здравоохранения Свердловской области сообщило, что возражений о сокращении Л. не имеется.
Установив изложенное, суд пришел к выводу о соблюдении требований п. N Устава.
Оспариваемое письмо получено в соответствии с требованиями закона, исходит от надлежащего лица, подписано соответствующим руководителем, имеет дату и номер. Содержание письма ясно и не противоречиво, согласуется между собой и с другими материалами дела. Доказательств, что оно не соответствует какому-либо требованию, материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах, оснований для признания его недопустимым и относимым не имелось, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в назначении указанной экспертизы.
Доводы апелляционной жалобы по сути своей выражают несогласие с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 настоящего Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.
Председательствующий
О.Г.КОЛЕСНИКОВА
Судьи
Т.С.ИВАНОВА
Т.Л.РЕДОЗУБОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ СВЕРДЛОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 10.09.2014 ПО ДЕЛУ N 33-11751/2014
Разделы:Штатное расписание; Документирование трудовых отношений
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
СВЕРДЛОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 сентября 2014 г. по делу N 33-11751/2014
Судья Хрущева О.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего Колесниковой О.Г.,
судей Ивановой Т.С.,
Редозубовой Т.Л.,
при участии прокурора отдела по обеспечению участия прокурора в гражданском и арбитражном процессе Свердловской областной прокуратуры Истоминой И.В.
при секретаре Пермяковой Е.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Л. к ГБУЗ СО <...> о восстановлении на работе, компенсации морального вреда
по апелляционной жалобе истца на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года.
Заслушав доклад судьи Редозубовой Т.Л., объяснения истца, его представителей Б. (доверенность <...>), Ж. (доверенность <...>), Р. (по устному заявлению), Х. (по устному заявлению), поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика О., возражавшей относительно доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Истоминой И.В. указавшей о законности и обоснованности решения суда, судебная коллегия
установила:
Л. обратилась в суд с иском к ГБУЗ СО <...> о восстановлении на работе, компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указала, что на основании трудового договора с <...> года занимала должность <...> ГБУЗ <...>. <...> была уведомлена работодателем о расторжении с ней трудового договора в связи с сокращением штата. В соответствии с приказом ответчика от <...> уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации. Полагала увольнение незаконным, поскольку оно носило мнимый характер, явилось следствием конфликта между истцом и <...>. Не имелось какой-либо экономической обоснованности сокращения штата в части занимаемой ей должности. Не соблюдены требования ч. 5 ст. 373 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку мнение профсоюзного органа по увольнению истца получено <...>, тогда как увольнение имело место <...>, то есть более чем через <...>. Кроме того, на профкоме вопрос о сокращении Л. не обсуждался, мотивированное мнение было подготовлено уже после ее увольнения. Работодателем нарушены положения ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации, так как все N <...> по медицинской части имели одинаковые образование, квалификацию. Производительность труда <...> сравнить невозможно, поскольку каждый из них курировал различные направления деятельности учреждения, поэтому необходимо было производить сравнение в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации. В нарушение положений Устава медицинского учреждения, увольнение Л. не согласовано с Министерством здравоохранения <...>.
В судебном заседании истец, ее представитель исковые требования поддержали.
Представитель ответчика О. в судебном заседании исковые требования не признала. Указала о законности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Прокурор в своем заключении полагал об удовлетворении исковых требований.
Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года в удовлетворении исковых требований Л. отказано.
С указанным решением не согласился истец. В апелляционной жалобе (дополнениях к ней) просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. Указывает о том, что судом не были установлены причины, цели и объективные основания для сокращения штата в организации ответчика. Ссылается на то, что выводы суда о квалификации работников, должность которых сокращена, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, что привело к неправильному применению судом ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации. Суд посчитал установленными имеющие значение для дела обстоятельства в отсутствие надлежащих доказательств. Неправомерно отказано в удовлетворении ходатайства о назначении по делу <...> экспертизы на предмет подлинности письма Министерства здравоохранения Свердловской области от <...> года N о согласовании сокращения истца. Суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы истца о том, что изменение организационно-штатной структуры учреждения связано с намерением работодателя уволить конкретного сотрудника.
Возражений на апелляционную жалобу не представлено.
Истец, его представители Б., Ж., Р., Х. доводы апелляционной жалобы (дополнений к ней) поддержали в полном объеме.
Представитель ответчика О. возражала относительно доводов апелляционной жалобы.
В своем заключении прокурор Истомина И.В. полагала о законности и обоснованности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, верно, применены нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, на основании исследования и оценки, имеющихся в деле доказательств в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделан обоснованный вывод об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Л., суд первой инстанции исходил из правомерности увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они не противоречат действующему трудовому законодательству и соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
Как указано в п. 2 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации.
В силу ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.
На основании разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно при условии, что он был предупрежден персонально и под расписку не менее чем за 2 месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации) и не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно правовой позиции изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2006 года N 581-О к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения граждан с работы, в частности в связи с сокращением штата работников (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации), относится необходимость соблюдения работодателем установленного порядка увольнения: о предстоящем увольнении работник должен быть предупрежден работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения; одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся у него работу (как вакантную должность или работу, соответствующую его квалификации, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния здоровья, причем перевод на эту работу возможен лишь с его согласия (часть третья статьи 81, части первая и вторая статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с приказом работодателя от <...> N в целях повышения эффективности использования кадровых ресурсов больницы, оптимизации численности административно-управленческого персонала в штатном расписании ГБУЗ СО <...> подлежат сокращению N должности <...>, N должность <...>.
Правовое обоснование принятого решения о сокращении не может быть предметом судебного разбирательства, поскольку решение данного вопроса относится к компетенции работодателя, в противном случае это явилось бы вмешательством во внутриэкономическую деятельность хозяйствующего субъекта.
Ответчиком, как того требует ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса Российской Федерации, <...> истцу под роспись вручено уведомление о сокращении занимаемой должности <...>. В уведомлении указано о наличии вакантных должностей, от которых Л. отказалась. На предложенные работодателем вакансии <...> истец также ответила отказом.
Как правильно указал суд первой инстанции, требования вышеуказанной нормы закона были исполнены. Проверяя доводы истца о том, что ему не были предложены должности, занимаемые совместителями, суд указал о несостоятельности таких доводов, поскольку работник, выполняющий трудовую функцию по совместительству, обладает равными правами с работником, выполняющим работу на постоянной основе.
Указанные доводы приведены истцом в апелляционной жалобе, которые судебная коллегия также не может принять во внимание.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда о том, что наличие вакансий, которые могли быть предложены истцу, судом не установлены.
Установив, что Л. является членом профсоюза, судом проверено выполнение работодателем требований ст. ст. 82, 373 Трудового кодекс Российской Федерации.
Оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к верному выводу о том, что требования вышеуказанных норм закона ответчиком были соблюдены.
В адрес председателя первичной профсоюзной организации ГБУЗ СО <...> было направлено уведомление о сокращении численности административно-управленческого персонала, где указывается решение о сокращении N должностей <...>. Одновременно сообщено о намерении прекращения трудовых отношений по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации с Л. и Г.
Согласно мотивированному мнению профсоюзной организации ответчика, полученного <...>, возражений против сокращения Л. и Г. не имелось.
Приняв во внимание, что в период с <...> по <...> истец находилась на листке нетрудоспособности, правильным является вывод суда о том, что прекращение трудового договора с Л. <...> произошло не позднее одного месяца с момента получения мотивированного мнения первичной профсоюзной организации.
Часть первая статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации также относится к числу норм, регламентирующих порядок увольнения в связи с сокращением штата работников, - она определяет основанное на объективных критериях правило отбора работников для оставления на работе. Установив в качестве таких критериев более высокую производительность труда работника и его квалификацию, законодатель исходил как из необходимости предоставления дополнительных мер защиты трудовых прав работникам, имеющим более высокие результаты трудовой деятельности и лучшие профессиональные качества, так и из интереса работодателя в продолжении трудовых отношений с наиболее квалифицированными и эффективно работающими работниками.
Приказом от <...> N в целях обеспечения контроля за соблюдением законодательства в ходе реализации организационно-правовых мероприятий, связанных с высвобождением работников решено создать соответствующую комиссию.
Согласно протоколу данной комиссии от <...> было принято решение о том, что из N работников, занимающих должности <...>, Н. И Е. имеют преимущественное право на оставление на работе. Г. не соответствует квалификационным требованиям для замещения должности <...>, в сравнении не участвовала.
Указанный протокол подтверждает, что оценка квалификации, результатов трудовой деятельности и профессиональных качеств N <...> осуществлялась путем сравнительного анализа уровня образования, стажа работы в сфере организации здравоохранения, объема должностных обязанностей и др. Согласно протоколу Л. имеет <...> образование, но в отличие от Н. и Е. у нее отсутствует специальность <...>, истец имеет меньший стаж в сфере организации здравоохранения - N лет, в то время как Н. данный стаж составляет N лет, у Е. - N года. Учтено, что в соответствии с должностными инструкциями Л. курирует только N подразделения, в то время, как Н. - N подразделений, Е. - N подразделений, при том, что круг должностных обязанностей Л. уже, чем у других <...>.
Тщательно исследовав документы об образовании вышеуказанных лиц, их трудовые книжки, должностные инструкции, приняв во внимание уровень образования, опыт работы в сфере организации здравоохранения, с учетом распределения обязанностей между ними, суд пришел к выводу об обоснованности принятого решения комиссией.
Вопреки доводам автора жалобы, показатели, положенные в основу решения комиссии (присвоение специальности, последипломная профессиональная переподготовка по специальности, присвоенные категории, стаж в сфере организации здравоохранения, повышение квалификации, дополнительные функции, количество курируемых подразделений, должностные обязанности, замечания непосредственного руководителя, награды) являются правильными, не противоречащими положениям ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации.
Доводы о том, что производительность труда Л., Н. и Е. надлежало признать одинаковой (в связи с невозможностью ее измерить), проводить сравнение работников по иным показателям (в т.ч. занятость в коллегиальных советах, группах, комиссиях ГБУЗ <...>), судебной коллегией отклоняются, поскольку они основаны на избирательном толковании нормам материального права. В силу прямого указания закона (ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации) работодатель обязан был учесть производительность труда <...>. Более того, определение оценки деловых качеств является прерогативой работодателя, который учел в совокупности между собой такие критерии как производительность труда и квалификация, поэтому судом отклоняются доводы жалобы о том, что в основу сравнительной таблицы показателей квалификации и производительности труда работников должны были быть положены иные показатели, в том числе и занятость истца в коллегиальных совета, группах, комиссиях ответчика.
Доводы автора жалобы о необходимости применения положений п. 5 ст. 2 Федерального закона от 29 декабря 2012 года N 273-ФЗ "Об образовании" в части определения понятия квалификации нельзя признать правильными, поскольку на спорные отношения он не распространяется. Таким образом, утверждения апелляционной жалобы о том, что Л., Н. и Е. имеют одинаковую квалификацию в части уровня знаний, умений и профессиональных навыков на нормах закона не основано.
Не имеет правового значения ссылка истицы на наличие у нее преимущественного права на оставление на работе в связи с наличием на иждивении N несовершеннолетних детей. Положения ч. 2 ст. 179 Трудового кодекса Российской Федерации применяются при равной производительности труда и квалификации.
Доводы апелляционной жалобы о недоказанности экономической целесообразности увольнения Л., мнимости увольнения, судебной коллегией отклоняются.
Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 34, ч. 2 ст. 35) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.
Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.
При этом оценка экономической обоснованности сокращения численности или штата работников не входит в компетенцию суда и является вмешательством во внутренние дела организации, суд со своей стороны обязан проверить лишь реальность осуществляемого ответчиком сокращения, что судом было сделано.
Достоверно установлено, что имело место сокращение численности и штата работников, о чем свидетельствует содержание приказа от <...>. Его реализация привела к исключению из штатного расписания N должностей <...>, что подтверждается представленными в материалы дела штатными расписаниями.
Больница является самостоятельным юридическим лицом, в ее уставе закреплено право руководителя на определение структуры и штата учреждения и вопросы, связанные с изменением структуры учреждения, штатной численности подлежат оценке исключительно работодателем.
Доводы апелляционной жалобы, что сокращение явилось следствием конфликта между <...> и истцом, основаны на субъективном мнении стороны истца.
Доводы о том, что судом необоснованно в основу решения положено письмо Министерства здравоохранения Свердловской области от <...> года "О сокращении N должностей <...>", отклонено ходатайство о назначении по делу <...> экспертизы в связи с сомнениями в его подлинности и даты изготовления, судебной коллегией отклоняются.
В соответствии с п. N Устава ответчика <...> назначаются на должность и освобождаются от должности главным врачом Учреждения по согласованию с Министерством здравоохранения Свердловской области.
Судом установил, что главный врач ГБУЗ СО <...> направил в адрес Министерства здравоохранения Свердловской области письмо от <...> N "О сокращении должностей <...>", в котором сообщил о сокращении N должностей <...>.
Согласно письму от <...> N Министерство здравоохранения Свердловской области сообщило, что возражений о сокращении Л. не имеется.
Установив изложенное, суд пришел к выводу о соблюдении требований п. N Устава.
Оспариваемое письмо получено в соответствии с требованиями закона, исходит от надлежащего лица, подписано соответствующим руководителем, имеет дату и номер. Содержание письма ясно и не противоречиво, согласуется между собой и с другими материалами дела. Доказательств, что оно не соответствует какому-либо требованию, материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах, оснований для признания его недопустимым и относимым не имелось, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно отказал в назначении указанной экспертизы.
Доводы апелляционной жалобы по сути своей выражают несогласие с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.
В соответствии с ч. 3 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, суд апелляционной инстанции проверяет, не нарушены ли судом первой инстанции нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с ч. 4 ст. 330 настоящего Кодекса основаниями для отмены решения суда первой инстанции. Из материалов дела следует, что таких нарушений судом первой инстанции не допущено.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 10 июня 2014 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.
Председательствующий
О.Г.КОЛЕСНИКОВА
Судьи
Т.С.ИВАНОВА
Т.Л.РЕДОЗУБОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)