Судебные решения, арбитраж
Индивидуальные трудовые споры; Трудовые споры. Социальное партнерство. Профсоюзы
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья Криулина О.А.
Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:
председательствующего Ильиной И.Н.
судей Лукьяновой С.Б., Зиновьевой Г.Н.
с участием прокурора Рыловой Т.В.
при секретаре К.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Р. и представителя Ш. - по доверенности В. на решение Димитровского районного суда г. Костромы от 20 августа 2013 года, которым исковые требования Ш. и Р. к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий и их отмене, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов оставлены без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Ильиной И.Н., выслушав объяснения Р. и ее представителя адвоката Яшину И.Н., Ш. и ее представителей Ш. и В., поддержавших апелляционные жалобы и дополнение к одной из них, возражение относительно апелляционных жалоб представителя ответчика Б.Г., заключение прокурора, полагавшего решение не подлежащим отмене, судебная коллегия
установила:
Ш. обратилась в суд с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" об отмене дисциплинарных взысканий <данные изъяты> по приказам N от ДД.ММ.ГГГГ и N от ДД.ММ.ГГГГ года, о восстановлении на работе в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
Требования обоснованы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала в МУЗ "Городская поликлиника N 4" в должности акушерки пищевой амбулатории, с ДД.ММ.ГГГГ переведена на должность медицинской сестры неврологического кабинета, с ДД.ММ.ГГГГ работала медицинской сестрой кабинета функциональной диагностики. В соответствии с п. 1.4. трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ местом ее работы является медицинский кабинет функциональной диагностики в здании МУЗ "Городская поликлиника N 4", расположенном по адресу: <адрес>. Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения в договор в части изменения названия учреждения в связи с реорганизацией. В соответствии с должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ в ее обязанности входило выполнение диагностических мероприятий, назначаемых врачом в кабинете функциональной диагностики. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ ей был объявлен выговор за нарушение правил внутреннего распорядка и должностной инструкции за неисполнение возложенных трудовых обязанностей, неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения. С данным взысканием она не согласна, поскольку должностной инструкцией, действовавшей на момент заключения договора, не предусмотрено выполнение обязанностей на дому. В соответствии с новой должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ данное условие было предусмотрено, однако дополнительное соглашение к трудовому договору с указанием на разъездной характер работы с ней не заключали, согласие на выполнение работы на дому она не давала, соответствующего приказа главного врача об утверждении состава выездной бригады медицинских специалистов для проведения осмотров на дому не имеется, в связи с чем применение к ней выговора считает незаконным. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ к ней применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, выразившееся в отказах выполнять функциональные обязанности без уважительных причин. Данный приказ также считает незаконным, поскольку ДД.ММ.ГГГГ не отказывалась выполнять работы на дому, только потребовала выдачи теплой сертифицированной одежды, а срыв выезда произошел по вине руководителя структурного подразделения ФИО11. По факту выговора ДД.ММ.ГГГГ за отказ выполнять холтеровское мониторирование указала, что для данной работы она не аттестована, и возложение на нее обязанностей медсестры 1 категории является изменением ее трудовой функции, а за отказ в части оказания помощи врачу кабинета УЗИ в накладывании манжеты и измерении артериального давления считает необходимым получение ее согласия и издание приказа о повышении оклада. Кроме того, считает, что при применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения не получено решение первичной профсоюзной организации.
Р. обратилась в суд с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" об отмене дисциплинарных взысканий <данные изъяты> по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ и ввиду увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года, о восстановлении на работе в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
Требования Р. мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала у ответчика на должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики. В соответствии с п. 1.4. трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ местом ее работы является медицинский кабинет функциональной диагностики в здании МУЗ "Городская поликлиника N 4", расположенном по адресу: <адрес>. Дополнительным соглашением были внесены изменения в договор в части изменения названия учреждения в связи с реорганизацией. В соответствии с должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ в ее обязанности входило выполнение диагностических мероприятий, назначаемых врачом в кабинете функциональной диагностики. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ ей был объявлен выговор за нарушение правил внутреннего распорядка и должностной инструкции за неисполнение возложенных трудовых обязанностей, неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ к ней применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, выразившееся в неисполнении приказа главного врача и распоряжения руководителя структурного подразделения, в отказах выполнять функциональные обязанности без уважительных причин. С данными взысканиями она не согласна по тем же мотивам, что и истец Ш.
ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по искам Ш. и Р. к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" объединены в одно производство (т. 2, л.д. 12).
В процессе рассмотрения дела исковые требования неоднократно уточнялись, в окончательном виде требования Ш. сформулированы следующим образом:
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - восстановить на работе в ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда в размере <данные изъяты> руб.;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу судебные расходы в размере <данные изъяты> рублей.
Требования Р. сформулированы следующим образом:
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - восстановить на работе в ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда в размере <данные изъяты> руб.;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу судебные расходы в размере <данные изъяты> рублей.
Судом постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель Ш. - по доверенности В. просит решение суда отменить, исковые требования Ш. удовлетворить. Не согласен с мнением суда о том, что рабочее место не является обязательным условием договора, но, несмотря на необязательность такого условия, самим трудовым договором оно определено как кабинет функциональной диагностики, а согласие работника на изменение рабочего места не требуется, только если это не влечет изменение определенных сторонами условий трудового договора. Полагает, что дисциплинарное взыскание в виде выговора подлежало отмене в связи с тем, что работникам поручалось выполнение работы, отличной от определенной трудовым договором. В части увольнения истца указывает, что фактически работник, получив один выговор и опасаясь увольнения за повторное неисполнение распоряжения руководителя, не отказывался выполнять осмотры на дому, однако сам руководитель не организовал такие выезды. Судом проигнорирован довод истца о нарушении правил безопасности вследствие невыдачи им теплой одежды. Работодатель, не обеспечив работника необходимой одеждой, не имел права на требование от работников выполнения соответствующей работы, несмотря на то, что работники не отказывались от выполнения такой работы. Отказ истца от выполнения холтеровского мониторирования вызван уважительной причиной, так как она не аттестована для выполнения такой работы, и из пояснений представителя ответчика следует, что ранее рабочий процесс был организован без привлечения медсестер к данной процедуре, следовательно, требование о выполнении такой работы обусловлено лишь желанием получить отказ от работника с целью увольнения. В отношении отказа помогать врачу кабинета УЗИ обращает внимание на тот факт, что специалист в судебном заседании подтвердил доводы истцов о том, что при проведении доплерографии сосудов ног не требуется присутствие медсестры. Данный довод судом в решении не опровергнут.
В апелляционной жалобе Р. просит решение суда отменить, ее исковые требования удовлетворить. Полагает, что приказы "О ежегодных диспансерных медицинских осмотрах ветеранов ВОВ" N и N которые являлись основанием для привлечения ее к ответственности, ею нарушены не были, поскольку не устанавливали в отношении нее каких-либо трудовых обязанностей. Указывает, что относительно приказа об объявлении выговора от ДД.ММ.ГГГГ срок исковой давности для подачи заявления об оспаривании приказа ею был пропущен по уважительной причине, поскольку Государственной инспекцией труда Костромской области проводилась проверка по ее заявлению. Ходатайства о восстановлении срока она не заявляла, однако полагает, что в своих пояснениях довела до суда причины поздней подачи искового заявления. По факту ее увольнения ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ указывает, что увольнение по данному основанию допускается не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, в связи с чем срок привлечения к ответственности истек ДД.ММ.ГГГГ года. Кроме того, полагает, что дисциплинарные проступки не конкретизированы, в материалах дела не содержится врачебных назначений, которые она не исполнила, выговор она получила на основании инструкции, вступление в действие которой было отложено до ДД.ММ.ГГГГ.
В возражениях относительно апелляционных жалоб главный врач ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N г. Костромы" Б.В. и помощник прокурора города Костромы просят решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
В заседании судебной коллегии представитель Ш. и сама Ш. дополнили апелляционную жалобу, выразив несогласие с определением суда от ДД.ММ.ГГГГ об отклонении замечаний на протокол судебного заседания, просили его отменить.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений относительно них, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного по делу решения.
Как видно из материалов дела и установлено судом, Ш. и Р. работали в ОГБУЗ ГПВ N 4 на должности медицинской сестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N Ш. был объявлен выговор за нарушение п. 2.2. раздела 2 правил внутреннего распорядка, п. 2 должностной инструкции за неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения, выразившихся в отказе Ш. ДД.ММ.ГГГГ участвовать в диспансеризации маломобильных ветеранов ВОВ на дому, в результате чего был сорван график проведения медосмотра.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N Р. объявлен выговор за нарушение п. 2.2. раздела 2 правил внутреннего распорядка, п. 2 должностной инструкции за неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения, выразившихся в отказе Р. ДД.ММ.ГГГГ участвовать в диспансеризации маломобильных ветеранов ВОВ на дому, в результате чего был сорван график проведения медосмотра.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N к Ш. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по <данные изъяты> ТК РФ за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, в результате чего был нарушен стабильный рабочий процесс в учреждении, а пациентам своевременно не оказана медицинская помощь, выразившихся в отказе: ДД.ММ.ГГГГ проводить исследования маломобильным ветеранам ВОВ на дому в рамках проведения ежегодных медицинских диспансерных осмотров; ДД.ММ.ГГГГ выполнять функциональные исследования (холтеровское мониторирование: накладывание манжеты и измерение артериального давления при выполнении врачом ультразвукового исследования сосудов нижних конечностей).
Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора прекращено, Ш. уволена ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N к Р. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по <данные изъяты> ТК РФ за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, в результате чего был нарушен стабильный рабочий процесс в учреждении, а пациентам своевременно не оказана медицинская помощь, выразившихся в отказе: ДД.ММ.ГГГГ проводить исследования маломобильным ветеранам ВОВ на дому в рамках проведения ежегодных медицинских диспансерных осмотров; ДД.ММ.ГГГГ выполнять функциональные исследования (холтеровское мониторирование накладывание манжеты и измерение артериального давления при выполнении врачом ультразвукового исследования сосудов нижних конечностей).
Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора прекращено, Р. уволена ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ.
Разрешая требования в части оспаривания дисциплинарного взыскания в виде увольнения, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в должностные обязанности медицинской сестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики входит выезд на дом для проведения соответствующих исследований, а также участие в проведении холтеровского мониторирования.
В обоснование этого вывода суд сослался на правила внутреннего трудового распорядка для работников поликлиники и на должностные инструкции медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики кабинета функциональной диагностики, утвержденные ДД.ММ.ГГГГ г.
Так, согласно разделу 2 должностной инструкции медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики кабинета функциональной диагностики N от ДД.ММ.ГГГГ медицинская сестра выполняет диагностические мероприятия, назначаемые врачами в отделении функциональной диагностики и на дому. Проводит функциональные диагностические исследования. Проводит подготовку пациента к исследованию, контролирует его состояние во время проведения функционального исследования. Кроме того, инструкцией предусмотрено, что медицинская сестра обязана квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения и поручения руководителя учреждения и нормативные правовые акты по своей профессиональной деятельности.
До этой инструкции действовала должностная инструкция от ДД.ММ.ГГГГ, которая также предусматривала обязанность медицинской сестры проводить функциональные диагностические исследования и выполнять приказы, распоряжения, поручения руководителя и требования нормативных правовых актов.
Выезд на дом к ветеранам Великой Отечественной войны предусмотрен приказом главного врача ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N <адрес>" от ДД.ММ.ГГГГ N, которым утвержден состав выездной бригады медицинских специалистов.
Указание на то обстоятельство, что инструкция от ДД.ММ.ГГГГ вступила в силу только с ДД.ММ.ГГГГ года, не может быть признана состоятельной. Как видно из представленной в материалы дела выписки из протокола собрания работников отделения функциональной и ультразвуковой диагностики от ДД.ММ.ГГГГ, в ней допущены описки в годе принятия и введения в действие должностных инструкций: вместо даты утверждения должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ указана дата ДД.ММ.ГГГГ, чего не могло иметь место в 2012 году; также неправильно указан год в решении о начале применения этой инструкции - вместо ДД.ММ.ГГГГ указано ДД.ММ.ГГГГ. Такая же описка имеется и в приказе N от ДД.ММ.ГГГГ об утверждении этих должностных инструкции - в нем указан год принятия 2013. Между тем сторонами не оспаривается, что данный приказ имел место ДД.ММ.ГГГГ, кроме того в суд он был предоставлен в июне 2013 года, чего не могло случиться, если бы он был подписан ДД.ММ.ГГГГ.
Учитывая, что описки описок в годе повторятся при указании различных дат, а также принимая во внимание, что в протоколе не отражено каких-либо суждений относительно невозможности применения инструкции непосредственно сразу же после ознакомления с ней, судебная коллегия считает установленным, что должностная инструкция вступила в действие с ДД.ММ.ГГГГ.
Также следует отметить, что и ранее действовавшая должностная инструкция вменяла в обязанности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики необходимость выполнения приказов и распоряжений руководителя, и ранее истицы выезжали на дом для проведения диагностических процедур, что подтверждается представленными в дело документами (журналом) и не оспаривается истцами.
Доводы стороны истцов о том, что проведение диагностических мероприятий на дому у пациентов является по существу изменением установленного трудовым договором рабочего места, судом анализировались и обоснованно не приняты во внимание.
Так, ст. 72.1 ТК РФ предусмотрено, что перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса. Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.
Между тем оказание медицинской помощи на дому наряду с оказанием такой же медицинской помощи в помещении поликлиники не является ни переводом на другую работу, ни перемещением.
В ст. 209 ТК РФ предусмотрено, что рабочее место - это место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.
В п. 3.2 СанПиН 2.2.4.548-96. 2.2.4. Физические факторы производственной среды. Гигиенические требования к микроклимату производственных помещений. Санитарные правила и нормы", утв. Постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 01.10.1996 N 21 указано, что рабочее место - участок помещения, на котором в течение рабочей смены или части ее осуществляется трудовая деятельность.
Таким образом, обозначение места работы в трудовом договоре в кабинете функциональной диагностики в здании поликлиники не означает, что работник должен неотлучно, безотрывно находиться только в пределах помещения данного кабинета, исключает нахождение его при исполнении предусмотренных трудовым договором обязанностей в иных местах (например, в регистратуре, в кабинете врача, при выезде на дому у пациента и т.п.).
Также судом верно оценено требование истцов о том, что непредоставление им теплой одежды может быть признано уважительной причиной для их отказа от выезда на дом для участия в диспансеризации маломобильных ветеранов Великой отечественной войны. Суд обоснованно указал, что истцы не относятся к той категории специалистов, которым данная одежда положена.
В статье 212 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением. Выезд на дом к ветеранам носит разовый характер, специалисты поликлиники при осуществлении этих выездов обеспечиваются транспортным средством, в каких-либо вредных и тяжелых условиях обследование не осуществляется. Коллективным договором не предусмотрено обеспечение лиц, осуществляющих разовые выезды на дом в ходе проведения диспансеризации ветеранов, теплой одеждой. В свою очередь истцы как медицинские работники были обеспечены специальной одеждой.
Ссылка истцов и их представителей на приложение N 11 к Постановлению министерства труда и социального развития РФ от 29.12.1997 г. N 68 не свидетельствует о том, что все медицинские работники, в том числе те, которые разово выезжают на дом к пациентам обязаны обеспечиваться теплой одеждой: плащ-палаткой или плащом из дрилл-саржи, а также обувью, поскольку этим постановлением утверждены нормы бесплатной выдачи работникам сертифицированных средств индивидуальной защиты, а не категории работников, которым эта одежда должна выдаваться. Данной одеждой обеспечиваются те медицинские работники, в должностные обязанности которых входит регулярный выход и выезд на участки и линии, то есть участковые врачи, участковые медсестры и соответствующий младший медицинский персонал. Кроме того, как пояснил представитель ответчика, дежурный плащ для выездов на линии в поликлинике имелся.
Как следует из пояснений сторон, даваемых ими в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, а также объяснений истцов по факту вменяемых им нарушений, выезд на дом они должны были осуществлять в пределах своего рабочего времени. Доводов о том, что администрация требовала от истцов выезжать для проведения диспансеризации ветеранов за пределами рабочего времени истцов, истцы в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не выдвигали.
Доводы истцов о том, что истцы фактически не отказывались от выезда к ветеранам, опровергаются материалами дела.
Как следует из пояснений представителей ответчика и свидетеля ФИО14, поведение истцов воспринималась администрацией и другими работниками поликлиники как отказ от выезда на дом к ветеранам.
Из объяснительной Ш. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 72) следует, что, несмотря на то обстоятельство, что она вышла ДД.ММ.ГГГГ в утреннюю смену, как это было предусмотрено графиком выезда к ветеранам, на вопрос врача о готовности к выезду, положительного ответа не давала, потребовав предоставления зимней одежды, обеспечение выезда санитара, а также внесения изменения и дополнений в трудовой договор.
Исходя из объяснения Р. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 193) следует, что она считает, что в ее должностные обязанности не входит выезд на дом.
При таких обстоятельствах поведение медсестер было обоснованно оценено заведующим отделением как отказ от выезда на дом к пациентам.
Также суд правомерно указал, что подготовка пациентов к проведению холтеровского мониторирования входит в должностные обязанности медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики (подготовка пациента к исследованию).
Ссылаясь на содержащиеся в приложении N к приказу Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ N аттестационные требования к медицинской сестре кабинета функциональной диагностики, истцы указывают, что они не имели права участвовать в проведении холтеровского мониторирования. Между тем им не вменяется ввиду непроведение этому диагностическому исследованию, а указывается, что они отказались подготавливать пациента к нему: не наложили манжету и не измерили давление.
Кроме того, истцы и их представители фактически производят подмену понятий: должностные обязанности, квалификационные обязанности и аттестационные требования. Так, аттестация - это определение, установление соответствия уровня знаний, квалификации работника занимаемой им должности, а также установление категории для оплаты работника. Квалификационные требования - требования к знаниям и умениям. Должностные обязанности - это предусмотренные трудовым договорам обязанности работника. Эти обязанности определяются должностными инструкциями, локальными нормативными актами.
Судом на основании собранных доказательств с достоверностью установлено, что истцы прошли соответствующее обучение и могли в силу полученных знаний подготовить пациента к этому исследованию.
Ссылка на пояснения специалиста является несостоятельной, поскольку эти пояснения не являются в силу ст. 55 ГПК РФ источником доказательств. Кроме того, в своих пояснениях специалист высказал лишь свое личное не на чем не основанное мнение по поставленному перед ним вопросу о должностных обязанностях медицинской сестры.
Кроме того, при разрешении требований Р. судом в качестве дополнительного основания для отказа в иске применен пропуск срока исковой давности. Суд обоснованно не расценил обращение в инспекцию по труду как уважительную причину пропуска срока исковой давности, поскольку это обстоятельство не препятствовало обращению в суд как параллельно, так и сразу же непосредственно после получения ответа из инспекции.
Судом проверялся порядок увольнения и установлено, что данный порядок не нарушен.
Согласно ст. 373 ТК РФ при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения. Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается.
Факт направления в профсоюзный комитет необходимых документов подтверждается имеющейся в материалах дела копией письма главного врача поликлиники в адрес первичной профсоюзной организации ОГБУЗ ГПВ N 4, полученного профсоюзной организацией ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 118). Письменное согласие профсоюзного комитета на расторжение с истицами трудовых договоров было получено работодателем ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 67, 68, 246).
Учитывая, что расторжение трудового договора может иметь место и в том случае, если по каким-либо причинам мотивированное мнение профкома в установленный срок не получено, нарушение порядка проведения заседания профкома, если таковое имело место, не свидетельствует о нарушении работодателем порядка увольнения и не может являться основанием для принятия судом решения о восстановлении на работе.
Также не нарушен установленный ч. 2 ст. 193 ТК РФ срок привлечения работников к дисциплинарной ответственности, поскольку в соответствии с данной нормой и в месячный срок не включается время болезни работников, а также время, необходимое на учет мнения представительного органа. В течение месячного периода Ш. болела <данные изъяты> дней, Р. была нетрудоспособна <данные изъяты> дней, мнение профсоюзного органа получалось в течение 7 дней.
При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционных жалоб не имеется.
Оснований для удовлетворения дополнительной апелляционной жалобы не имеется. Согласно ст. 331 ГПК РФ определения суда первой инстанции могут быть обжалованы в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле (частная жалоба), а прокурором может быть принесено представление в случае, если:
1) это предусмотрено настоящим Кодексом;
2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.
Определение об отклонении замечаний на протокол судебного заседания не может быть предметом самостоятельного обжалования.
Указанные замечания на протокол не являются существенными, так как не свидетельствуют о неправильном изложении пояснений специалиста и о нарушении судом норм процессуального права. Соответственно, доводы, изложенные в дополнительной жалобе, также не могут повлечь отмену обжалуемого решения.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Димитровского районного суда г. Костромы от 20 августа 2013 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Р., Ш. - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОСТРОМСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 13.01.2014 ПО ДЕЛУ N 33-37
Разделы:Индивидуальные трудовые споры; Трудовые споры. Социальное партнерство. Профсоюзы
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 января 2014 г. по делу N 33-37
Судья Криулина О.А.
Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе:
председательствующего Ильиной И.Н.
судей Лукьяновой С.Б., Зиновьевой Г.Н.
с участием прокурора Рыловой Т.В.
при секретаре К.
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Р. и представителя Ш. - по доверенности В. на решение Димитровского районного суда г. Костромы от 20 августа 2013 года, которым исковые требования Ш. и Р. к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" о признании незаконными приказов о наложении дисциплинарных взысканий и их отмене, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и судебных расходов оставлены без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Ильиной И.Н., выслушав объяснения Р. и ее представителя адвоката Яшину И.Н., Ш. и ее представителей Ш. и В., поддержавших апелляционные жалобы и дополнение к одной из них, возражение относительно апелляционных жалоб представителя ответчика Б.Г., заключение прокурора, полагавшего решение не подлежащим отмене, судебная коллегия
установила:
Ш. обратилась в суд с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" об отмене дисциплинарных взысканий <данные изъяты> по приказам N от ДД.ММ.ГГГГ и N от ДД.ММ.ГГГГ года, о восстановлении на работе в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
Требования обоснованы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала в МУЗ "Городская поликлиника N 4" в должности акушерки пищевой амбулатории, с ДД.ММ.ГГГГ переведена на должность медицинской сестры неврологического кабинета, с ДД.ММ.ГГГГ работала медицинской сестрой кабинета функциональной диагностики. В соответствии с п. 1.4. трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ местом ее работы является медицинский кабинет функциональной диагностики в здании МУЗ "Городская поликлиника N 4", расположенном по адресу: <адрес>. Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения в договор в части изменения названия учреждения в связи с реорганизацией. В соответствии с должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ в ее обязанности входило выполнение диагностических мероприятий, назначаемых врачом в кабинете функциональной диагностики. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ ей был объявлен выговор за нарушение правил внутреннего распорядка и должностной инструкции за неисполнение возложенных трудовых обязанностей, неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения. С данным взысканием она не согласна, поскольку должностной инструкцией, действовавшей на момент заключения договора, не предусмотрено выполнение обязанностей на дому. В соответствии с новой должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ данное условие было предусмотрено, однако дополнительное соглашение к трудовому договору с указанием на разъездной характер работы с ней не заключали, согласие на выполнение работы на дому она не давала, соответствующего приказа главного врача об утверждении состава выездной бригады медицинских специалистов для проведения осмотров на дому не имеется, в связи с чем применение к ней выговора считает незаконным. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ к ней применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, выразившееся в отказах выполнять функциональные обязанности без уважительных причин. Данный приказ также считает незаконным, поскольку ДД.ММ.ГГГГ не отказывалась выполнять работы на дому, только потребовала выдачи теплой сертифицированной одежды, а срыв выезда произошел по вине руководителя структурного подразделения ФИО11. По факту выговора ДД.ММ.ГГГГ за отказ выполнять холтеровское мониторирование указала, что для данной работы она не аттестована, и возложение на нее обязанностей медсестры 1 категории является изменением ее трудовой функции, а за отказ в части оказания помощи врачу кабинета УЗИ в накладывании манжеты и измерении артериального давления считает необходимым получение ее согласия и издание приказа о повышении оклада. Кроме того, считает, что при применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения не получено решение первичной профсоюзной организации.
Р. обратилась в суд с иском к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" об отмене дисциплинарных взысканий <данные изъяты> по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ и ввиду увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года, о восстановлении на работе в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
Требования Р. мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ она работала у ответчика на должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики. В соответствии с п. 1.4. трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ местом ее работы является медицинский кабинет функциональной диагностики в здании МУЗ "Городская поликлиника N 4", расположенном по адресу: <адрес>. Дополнительным соглашением были внесены изменения в договор в части изменения названия учреждения в связи с реорганизацией. В соответствии с должностной инструкцией от ДД.ММ.ГГГГ в ее обязанности входило выполнение диагностических мероприятий, назначаемых врачом в кабинете функциональной диагностики. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ ей был объявлен выговор за нарушение правил внутреннего распорядка и должностной инструкции за неисполнение возложенных трудовых обязанностей, неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения. Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ к ней применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, выразившееся в неисполнении приказа главного врача и распоряжения руководителя структурного подразделения, в отказах выполнять функциональные обязанности без уважительных причин. С данными взысканиями она не согласна по тем же мотивам, что и истец Ш.
ДД.ММ.ГГГГ гражданские дела по искам Ш. и Р. к Областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" объединены в одно производство (т. 2, л.д. 12).
В процессе рассмотрения дела исковые требования неоднократно уточнялись, в окончательном виде требования Ш. сформулированы следующим образом:
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - восстановить на работе в ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда в размере <данные изъяты> руб.;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу судебные расходы в размере <данные изъяты> рублей.
Требования Р. сформулированы следующим образом:
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - признать незаконным и обязать ответчика отменить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по приказу N от ДД.ММ.ГГГГ года;
- - восстановить на работе в ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в должности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда в размере <данные изъяты> руб.;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей;
- - взыскать с ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N 4 г. Костромы" в ее пользу судебные расходы в размере <данные изъяты> рублей.
Судом постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе представитель Ш. - по доверенности В. просит решение суда отменить, исковые требования Ш. удовлетворить. Не согласен с мнением суда о том, что рабочее место не является обязательным условием договора, но, несмотря на необязательность такого условия, самим трудовым договором оно определено как кабинет функциональной диагностики, а согласие работника на изменение рабочего места не требуется, только если это не влечет изменение определенных сторонами условий трудового договора. Полагает, что дисциплинарное взыскание в виде выговора подлежало отмене в связи с тем, что работникам поручалось выполнение работы, отличной от определенной трудовым договором. В части увольнения истца указывает, что фактически работник, получив один выговор и опасаясь увольнения за повторное неисполнение распоряжения руководителя, не отказывался выполнять осмотры на дому, однако сам руководитель не организовал такие выезды. Судом проигнорирован довод истца о нарушении правил безопасности вследствие невыдачи им теплой одежды. Работодатель, не обеспечив работника необходимой одеждой, не имел права на требование от работников выполнения соответствующей работы, несмотря на то, что работники не отказывались от выполнения такой работы. Отказ истца от выполнения холтеровского мониторирования вызван уважительной причиной, так как она не аттестована для выполнения такой работы, и из пояснений представителя ответчика следует, что ранее рабочий процесс был организован без привлечения медсестер к данной процедуре, следовательно, требование о выполнении такой работы обусловлено лишь желанием получить отказ от работника с целью увольнения. В отношении отказа помогать врачу кабинета УЗИ обращает внимание на тот факт, что специалист в судебном заседании подтвердил доводы истцов о том, что при проведении доплерографии сосудов ног не требуется присутствие медсестры. Данный довод судом в решении не опровергнут.
В апелляционной жалобе Р. просит решение суда отменить, ее исковые требования удовлетворить. Полагает, что приказы "О ежегодных диспансерных медицинских осмотрах ветеранов ВОВ" N и N которые являлись основанием для привлечения ее к ответственности, ею нарушены не были, поскольку не устанавливали в отношении нее каких-либо трудовых обязанностей. Указывает, что относительно приказа об объявлении выговора от ДД.ММ.ГГГГ срок исковой давности для подачи заявления об оспаривании приказа ею был пропущен по уважительной причине, поскольку Государственной инспекцией труда Костромской области проводилась проверка по ее заявлению. Ходатайства о восстановлении срока она не заявляла, однако полагает, что в своих пояснениях довела до суда причины поздней подачи искового заявления. По факту ее увольнения ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ указывает, что увольнение по данному основанию допускается не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, в связи с чем срок привлечения к ответственности истек ДД.ММ.ГГГГ года. Кроме того, полагает, что дисциплинарные проступки не конкретизированы, в материалах дела не содержится врачебных назначений, которые она не исполнила, выговор она получила на основании инструкции, вступление в действие которой было отложено до ДД.ММ.ГГГГ.
В возражениях относительно апелляционных жалоб главный врач ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N г. Костромы" Б.В. и помощник прокурора города Костромы просят решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.
В заседании судебной коллегии представитель Ш. и сама Ш. дополнили апелляционную жалобу, выразив несогласие с определением суда от ДД.ММ.ГГГГ об отклонении замечаний на протокол судебного заседания, просили его отменить.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений относительно них, выслушав явившихся в судебное заседание лиц, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного по делу решения.
Как видно из материалов дела и установлено судом, Ш. и Р. работали в ОГБУЗ ГПВ N 4 на должности медицинской сестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N Ш. был объявлен выговор за нарушение п. 2.2. раздела 2 правил внутреннего распорядка, п. 2 должностной инструкции за неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения, выразившихся в отказе Ш. ДД.ММ.ГГГГ участвовать в диспансеризации маломобильных ветеранов ВОВ на дому, в результате чего был сорван график проведения медосмотра.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N Р. объявлен выговор за нарушение п. 2.2. раздела 2 правил внутреннего распорядка, п. 2 должностной инструкции за неисполнение приказа главного врача и руководителя структурного подразделения, выразившихся в отказе Р. ДД.ММ.ГГГГ участвовать в диспансеризации маломобильных ветеранов ВОВ на дому, в результате чего был сорван график проведения медосмотра.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N к Ш. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по <данные изъяты> ТК РФ за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, в результате чего был нарушен стабильный рабочий процесс в учреждении, а пациентам своевременно не оказана медицинская помощь, выразившихся в отказе: ДД.ММ.ГГГГ проводить исследования маломобильным ветеранам ВОВ на дому в рамках проведения ежегодных медицинских диспансерных осмотров; ДД.ММ.ГГГГ выполнять функциональные исследования (холтеровское мониторирование: накладывание манжеты и измерение артериального давления при выполнении врачом ультразвукового исследования сосудов нижних конечностей).
Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора прекращено, Ш. уволена ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ.
Приказом главного врача ОГБУЗ ГПВ N 4 г. Костромы от ДД.ММ.ГГГГ N к Р. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения по <данные изъяты> ТК РФ за неоднократное неисполнение своих должностных обязанностей, в результате чего был нарушен стабильный рабочий процесс в учреждении, а пациентам своевременно не оказана медицинская помощь, выразившихся в отказе: ДД.ММ.ГГГГ проводить исследования маломобильным ветеранам ВОВ на дому в рамках проведения ежегодных медицинских диспансерных осмотров; ДД.ММ.ГГГГ выполнять функциональные исследования (холтеровское мониторирование накладывание манжеты и измерение артериального давления при выполнении врачом ультразвукового исследования сосудов нижних конечностей).
Приказом N от ДД.ММ.ГГГГ действие трудового договора прекращено, Р. уволена ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты> ТК РФ.
Разрешая требования в части оспаривания дисциплинарного взыскания в виде увольнения, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в должностные обязанности медицинской сестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики входит выезд на дом для проведения соответствующих исследований, а также участие в проведении холтеровского мониторирования.
В обоснование этого вывода суд сослался на правила внутреннего трудового распорядка для работников поликлиники и на должностные инструкции медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики кабинета функциональной диагностики, утвержденные ДД.ММ.ГГГГ г.
Так, согласно разделу 2 должностной инструкции медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики кабинета функциональной диагностики N от ДД.ММ.ГГГГ медицинская сестра выполняет диагностические мероприятия, назначаемые врачами в отделении функциональной диагностики и на дому. Проводит функциональные диагностические исследования. Проводит подготовку пациента к исследованию, контролирует его состояние во время проведения функционального исследования. Кроме того, инструкцией предусмотрено, что медицинская сестра обязана квалифицированно и своевременно исполнять приказы, распоряжения и поручения руководителя учреждения и нормативные правовые акты по своей профессиональной деятельности.
До этой инструкции действовала должностная инструкция от ДД.ММ.ГГГГ, которая также предусматривала обязанность медицинской сестры проводить функциональные диагностические исследования и выполнять приказы, распоряжения, поручения руководителя и требования нормативных правовых актов.
Выезд на дом к ветеранам Великой Отечественной войны предусмотрен приказом главного врача ОГБУЗ "Городская поликлиника взрослых N <адрес>" от ДД.ММ.ГГГГ N, которым утвержден состав выездной бригады медицинских специалистов.
Указание на то обстоятельство, что инструкция от ДД.ММ.ГГГГ вступила в силу только с ДД.ММ.ГГГГ года, не может быть признана состоятельной. Как видно из представленной в материалы дела выписки из протокола собрания работников отделения функциональной и ультразвуковой диагностики от ДД.ММ.ГГГГ, в ней допущены описки в годе принятия и введения в действие должностных инструкций: вместо даты утверждения должностной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ указана дата ДД.ММ.ГГГГ, чего не могло иметь место в 2012 году; также неправильно указан год в решении о начале применения этой инструкции - вместо ДД.ММ.ГГГГ указано ДД.ММ.ГГГГ. Такая же описка имеется и в приказе N от ДД.ММ.ГГГГ об утверждении этих должностных инструкции - в нем указан год принятия 2013. Между тем сторонами не оспаривается, что данный приказ имел место ДД.ММ.ГГГГ, кроме того в суд он был предоставлен в июне 2013 года, чего не могло случиться, если бы он был подписан ДД.ММ.ГГГГ.
Учитывая, что описки описок в годе повторятся при указании различных дат, а также принимая во внимание, что в протоколе не отражено каких-либо суждений относительно невозможности применения инструкции непосредственно сразу же после ознакомления с ней, судебная коллегия считает установленным, что должностная инструкция вступила в действие с ДД.ММ.ГГГГ.
Также следует отметить, что и ранее действовавшая должностная инструкция вменяла в обязанности медицинской сестры кабинета функциональной диагностики необходимость выполнения приказов и распоряжений руководителя, и ранее истицы выезжали на дом для проведения диагностических процедур, что подтверждается представленными в дело документами (журналом) и не оспаривается истцами.
Доводы стороны истцов о том, что проведение диагностических мероприятий на дому у пациентов является по существу изменением установленного трудовым договором рабочего места, судом анализировались и обоснованно не приняты во внимание.
Так, ст. 72.1 ТК РФ предусмотрено, что перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса. Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора.
Между тем оказание медицинской помощи на дому наряду с оказанием такой же медицинской помощи в помещении поликлиники не является ни переводом на другую работу, ни перемещением.
В ст. 209 ТК РФ предусмотрено, что рабочее место - это место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.
В п. 3.2 СанПиН 2.2.4.548-96. 2.2.4. Физические факторы производственной среды. Гигиенические требования к микроклимату производственных помещений. Санитарные правила и нормы", утв. Постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 01.10.1996 N 21 указано, что рабочее место - участок помещения, на котором в течение рабочей смены или части ее осуществляется трудовая деятельность.
Таким образом, обозначение места работы в трудовом договоре в кабинете функциональной диагностики в здании поликлиники не означает, что работник должен неотлучно, безотрывно находиться только в пределах помещения данного кабинета, исключает нахождение его при исполнении предусмотренных трудовым договором обязанностей в иных местах (например, в регистратуре, в кабинете врача, при выезде на дому у пациента и т.п.).
Также судом верно оценено требование истцов о том, что непредоставление им теплой одежды может быть признано уважительной причиной для их отказа от выезда на дом для участия в диспансеризации маломобильных ветеранов Великой отечественной войны. Суд обоснованно указал, что истцы не относятся к той категории специалистов, которым данная одежда положена.
В статье 212 ТК РФ предусмотрено, что работодатель обязан обеспечить приобретение и выдачу за счет собственных средств специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, смывающих и обезвреживающих средств, прошедших обязательную сертификацию или декларирование соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением. Выезд на дом к ветеранам носит разовый характер, специалисты поликлиники при осуществлении этих выездов обеспечиваются транспортным средством, в каких-либо вредных и тяжелых условиях обследование не осуществляется. Коллективным договором не предусмотрено обеспечение лиц, осуществляющих разовые выезды на дом в ходе проведения диспансеризации ветеранов, теплой одеждой. В свою очередь истцы как медицинские работники были обеспечены специальной одеждой.
Ссылка истцов и их представителей на приложение N 11 к Постановлению министерства труда и социального развития РФ от 29.12.1997 г. N 68 не свидетельствует о том, что все медицинские работники, в том числе те, которые разово выезжают на дом к пациентам обязаны обеспечиваться теплой одеждой: плащ-палаткой или плащом из дрилл-саржи, а также обувью, поскольку этим постановлением утверждены нормы бесплатной выдачи работникам сертифицированных средств индивидуальной защиты, а не категории работников, которым эта одежда должна выдаваться. Данной одеждой обеспечиваются те медицинские работники, в должностные обязанности которых входит регулярный выход и выезд на участки и линии, то есть участковые врачи, участковые медсестры и соответствующий младший медицинский персонал. Кроме того, как пояснил представитель ответчика, дежурный плащ для выездов на линии в поликлинике имелся.
Как следует из пояснений сторон, даваемых ими в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, а также объяснений истцов по факту вменяемых им нарушений, выезд на дом они должны были осуществлять в пределах своего рабочего времени. Доводов о том, что администрация требовала от истцов выезжать для проведения диспансеризации ветеранов за пределами рабочего времени истцов, истцы в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции не выдвигали.
Доводы истцов о том, что истцы фактически не отказывались от выезда к ветеранам, опровергаются материалами дела.
Как следует из пояснений представителей ответчика и свидетеля ФИО14, поведение истцов воспринималась администрацией и другими работниками поликлиники как отказ от выезда на дом к ветеранам.
Из объяснительной Ш. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 72) следует, что, несмотря на то обстоятельство, что она вышла ДД.ММ.ГГГГ в утреннюю смену, как это было предусмотрено графиком выезда к ветеранам, на вопрос врача о готовности к выезду, положительного ответа не давала, потребовав предоставления зимней одежды, обеспечение выезда санитара, а также внесения изменения и дополнений в трудовой договор.
Исходя из объяснения Р. от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 193) следует, что она считает, что в ее должностные обязанности не входит выезд на дом.
При таких обстоятельствах поведение медсестер было обоснованно оценено заведующим отделением как отказ от выезда на дом к пациентам.
Также суд правомерно указал, что подготовка пациентов к проведению холтеровского мониторирования входит в должностные обязанности медсестры отделения функциональной и ультразвуковой диагностики (подготовка пациента к исследованию).
Ссылаясь на содержащиеся в приложении N к приказу Минздрава РФ от ДД.ММ.ГГГГ N аттестационные требования к медицинской сестре кабинета функциональной диагностики, истцы указывают, что они не имели права участвовать в проведении холтеровского мониторирования. Между тем им не вменяется ввиду непроведение этому диагностическому исследованию, а указывается, что они отказались подготавливать пациента к нему: не наложили манжету и не измерили давление.
Кроме того, истцы и их представители фактически производят подмену понятий: должностные обязанности, квалификационные обязанности и аттестационные требования. Так, аттестация - это определение, установление соответствия уровня знаний, квалификации работника занимаемой им должности, а также установление категории для оплаты работника. Квалификационные требования - требования к знаниям и умениям. Должностные обязанности - это предусмотренные трудовым договорам обязанности работника. Эти обязанности определяются должностными инструкциями, локальными нормативными актами.
Судом на основании собранных доказательств с достоверностью установлено, что истцы прошли соответствующее обучение и могли в силу полученных знаний подготовить пациента к этому исследованию.
Ссылка на пояснения специалиста является несостоятельной, поскольку эти пояснения не являются в силу ст. 55 ГПК РФ источником доказательств. Кроме того, в своих пояснениях специалист высказал лишь свое личное не на чем не основанное мнение по поставленному перед ним вопросу о должностных обязанностях медицинской сестры.
Кроме того, при разрешении требований Р. судом в качестве дополнительного основания для отказа в иске применен пропуск срока исковой давности. Суд обоснованно не расценил обращение в инспекцию по труду как уважительную причину пропуска срока исковой давности, поскольку это обстоятельство не препятствовало обращению в суд как параллельно, так и сразу же непосредственно после получения ответа из инспекции.
Судом проверялся порядок увольнения и установлено, что данный порядок не нарушен.
Согласно ст. 373 ТК РФ при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения. Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается.
Факт направления в профсоюзный комитет необходимых документов подтверждается имеющейся в материалах дела копией письма главного врача поликлиники в адрес первичной профсоюзной организации ОГБУЗ ГПВ N 4, полученного профсоюзной организацией ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 118). Письменное согласие профсоюзного комитета на расторжение с истицами трудовых договоров было получено работодателем ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 67, 68, 246).
Учитывая, что расторжение трудового договора может иметь место и в том случае, если по каким-либо причинам мотивированное мнение профкома в установленный срок не получено, нарушение порядка проведения заседания профкома, если таковое имело место, не свидетельствует о нарушении работодателем порядка увольнения и не может являться основанием для принятия судом решения о восстановлении на работе.
Также не нарушен установленный ч. 2 ст. 193 ТК РФ срок привлечения работников к дисциплинарной ответственности, поскольку в соответствии с данной нормой и в месячный срок не включается время болезни работников, а также время, необходимое на учет мнения представительного органа. В течение месячного периода Ш. болела <данные изъяты> дней, Р. была нетрудоспособна <данные изъяты> дней, мнение профсоюзного органа получалось в течение 7 дней.
При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционных жалоб не имеется.
Оснований для удовлетворения дополнительной апелляционной жалобы не имеется. Согласно ст. 331 ГПК РФ определения суда первой инстанции могут быть обжалованы в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле (частная жалоба), а прокурором может быть принесено представление в случае, если:
1) это предусмотрено настоящим Кодексом;
2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.
Определение об отклонении замечаний на протокол судебного заседания не может быть предметом самостоятельного обжалования.
Указанные замечания на протокол не являются существенными, так как не свидетельствуют о неправильном изложении пояснений специалиста и о нарушении судом норм процессуального права. Соответственно, доводы, изложенные в дополнительной жалобе, также не могут повлечь отмену обжалуемого решения.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Димитровского районного суда г. Костромы от 20 августа 2013 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Р., Ш. - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)