Судебные решения, арбитраж
Индивидуальные трудовые споры; Трудовые споры. Социальное партнерство. Профсоюзы
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Савенкова Е.А.
Апелляционная инстанция судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:
председательствующего Ваганюк Н.Н.
судей Баранова В.В., Андриановой И.В.
с участием помощника прокурора Тамбовской области Пугач И.В.
при секретаре З.
рассмотрела в судебном заседании 13 июня 2012 года апелляционную жалобу представителя МО МВД России "Моршанский" и апелляционное представление и.о. прокурора г. Моршанска Тамбовской области на решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года по делу по иску Ш. к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел РФ "Моршанский" о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Баранова В.В., апелляционная инстанция
установила:
18 декабря 1996 года Ш. был принят на работу в Моршанский ГОВД УВД Тамбовской области на должность милиционера роты ППС и проходил службу до 14 октября 2011 года в должности командира отделения взвода патрульно-постовой службы полиции Межмуниципального отдела МВД РФ "Моршанский", имея специальное звание *** полиции.
Приказом начальника МО МВД России "Моршанский" от 14 октября 2011 года N 167 л\\с Ш. уволен из органов внутренних дел по пункту 1 части 1 статьи 40 Закона "О полиции" (по собственному желанию) на основании его рапорта от 13 октября 2011 года.
Не согласившись с увольнением, Ш. обратился в суд с иском о восстановлении на работе в прежней должности, взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере *** рублей. В обоснование заявленных требований Ш. указал, что 09 октября 2011 года в нерабочее время он был подвергнут избиению жителем г. Моршанска Н.Н.Р. и ему были причинены телесные повреждения. В связи с данным фактом им было подано заявление о привлечении Н.Н.Р. к уголовной ответственности. Проверку по данному факту проводил участковый уполномоченный К.А.В. 13 октября 2011 года Н.Н.Р. с целью примирения и прекращения проверки по заявлению предложил компенсировать причиненный им вред и в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" им, Ш., получено от Н.Н.Р. *** рублей, а затем написана расписка о получении вышеуказанной суммы. После передачи денег и написании расписки он, Ш., и участковый К.А.В. были задержаны в рамках проводимого в отношении них оперативного-розыскного мероприятия. Ввиду указанных событий ему стали вменять в вину вымогательство денег у Н.Н.Р., он был лишен возможности покинуть здание отдела до полуночи по требованию помощника начальника Межведомственного отдела - К.М.А. и ему неоднократно предлагалось написать рапорт об увольнении по собственному желанию, с чем он не был согласен. Указал, что на него оказывались психологическое давление и угрозы, что в случае отказа написать рапорт об увольнении, в отношении него возбудят уголовное дело и изберут меру пресечения в виде заключения под стражу. Поскольку он отказался написать рапорт, на следующий день в 8 часов он был вызван в здание МО МВД России "Моршанский", где в кабинете З.И.А. ему вновь предложили уволиться по собственному желанию, и не выдержав давления со стороны начальников служб, Ш. был вынужден написать рапорт об увольнении по собственному желанию. Текст рапорта для написания ему предоставил К.М.А. Согласно данного рапорта в тот же день он был уволен со службы. Дата в рапорте об увольнении была указана 13 октября 2011 года, что не соответствует действительности. Истец в заявлении указал, что был уволен по собственному желанию, но такой инициативы с его стороны не было, он не имел намерения увольняться с работы, поскольку был включен в график работы до 15 октября 2011 года, считает увольнение незаконным, поскольку рапорт об увольнении был написан под давлением со стороны руководства отдела и указал, что в результате необоснованного увольнения он был лишен возможности трудиться и в период с 14 октября 2011 года не имел заработка, а также в результате увольнения испытывает нравственные страдания в связи с потерей работы и отсутствием денежных средств на содержание несовершеннолетнего ребенка.
Решением Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года исковые требования Ш. удовлетворены, он восстановлен на работе в должности командира отделения взвода ППС МО МВД России "Моршанский". С Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России Моршанский" в пользу Ш. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула с 14 октября 2011 года по день восстановления на работе (01 марта 2012 года) в сумме 83 924 рублей 84 копеек, компенсация морального вреда - 10 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.
В апелляционной жалобе представитель МО МВД России "Моршанский" просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе Ш. в удовлетворении иска. Считает решение незаконным и необоснованным, вынесенным с существенным нарушением норм материального и процессуального права, без оценки юридически значимых обстоятельств по делу. Автор жалобы указывает, что выводы суда, положенные в основу решения о том, что на Ш. оказывалось психологическое давление, опровергаются рядом доказательств. Так, 13 октября 2011 года в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" гражданин Н.Н.Р. передал денежные средства Ш., написав при этом заявление о вымогательстве у него денежных средств со стороны сотрудников полиции. Следственно-оперативной группой, прибывшей на место происшествия, проводились мероприятия по документированию и установлению обстоятельств факта получения денежных средств истцом. Ш. от дачи пояснений по факту получения им денежных средств отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ и дал показания лишь через 10 дней в присутствии адвоката, что явно подтверждает то обстоятельство, что в рассматриваемый период он не только осознавал все происходящее, но и планировал отстаивать свои права. По мнению автора жалобы, события, имевшие место 13 октября 2011 года и послужили основанием для подачи Ш. рапорта об увольнении по собственному желанию. С приказом об увольнении истец был ознакомлен под роспись и своего несогласия с ним не выразил, равно как и намерения продолжить трудовые отношения с ответчиком, в день увольнения им была получена трудовая книжка и впоследствии заявлений работодателю об отзыве рапорта истцом не направлялось. Ш. не было предоставлено доказательств его доводов о том, что рапорт был написан под оказанием психологического давления, так как он опасался, что в отношении него изберут меру пресечения в виде заключения под стражу, тогда как в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2, обязанность по доказыванию данных обстоятельств возлагается именно на сотрудника. Единственный свидетель, который подтвердил факт давления (угроз со стороны руководства) является К.А.В., который заинтересован в исходе рассмотрения дела, так как им по тем же обстоятельствам подан аналогичный иск о восстановлении на службе. Автор жалобы указывает, что суд не дал оценки показаниям свидетелей К.В.В., К.М.А., М.В.Д., З.И.А. указав без каких-либо оснований, что критически относится к показаниям указанных свидетелей, так как именно они оказывали психологическое давление. При этом названные свидетели показали, что Ш. никто не удерживал в здании отдела и не лишал возможности покидать здание (все свидетели подтвердили его свободное перемещение по зданию, в том числе за его пределами); ни один из свидетелей не подтвердил психологического давления и высказывания угроз в адрес Ш. о применении к нему меры пресечения в виде ареста; кроме того, сам Ш. в своих показаниях указал, что К.М.А., К.В.В., М.В.Д., З.И.А., рекомендовали ему написать рапорт об увольнении, что отражено в протоколе судебного заседания от 15 января 2012 года. Судом неверно оценены показания свидетелей Б.А.П. и М.А.В., поскольку показания данных лиц ни каким образом не могут подтверждать факт давления, а лишь свидетельствует о состоявшейся беседе между К.М.А. и Ш. по поводу возможного увольнения. При этом суд не исследовал и не дал оценки тому, что К.М.А. не являлся руководителем (работодателем) Ш. и как видно из материалов дела, работодателем истца, обладающим правом приема и увольнения, является начальник МО МВД "Моршанский" - К.В.А. Каких-либо предложений, касающихся увольнения истца, Ш. от К.В.А. не поступало вообще, что не отрицается и самим истцом. Помимо того, в жалобе указано, что судом не дана оценка постановлению Следственного комитета об отказе в возбуждении уголовного дела от 11 ноября 2011 года, вынесенного по результатам проверки по заявлению Ш. на неправомерные действия должностных лиц К.В.В., К.М.А., М.В.Д., З.И.А., и которым установлено, что указанные лица, какого-либо давления с целью принудить Ш. к написанию рапорта об увольнении со службы не оказывали, угроз в его адрес с той же целью не высказывали, все разговоры, которые должностные лица вели с Ш., по своему содержанию соответствовали Кодексу профессиональной этике сотрудника ОВД и являлись высказыванием личного мнения, а также совета о том, каким образом можно поступить в сложившейся ситуации. В постановлении указано, что какой-либо корыстной или иной личной заинтересованности должностных лиц ОВД в склонении Ш. к написанию рапорта об увольнении органы следствия не усматривают. Указанное постановление Ш. не обжаловалось. В ходе рассмотрения дела суд отказал ответчику в проведении психолого-психиатрической экспертизы для установления факта психологического давления, способного повлечь за собой не контролируемые действия Ш. и определения его психологического состояния при выражении воли по написанию рапорта об увольнении. Доводы суда о том, что усматривается заинтересованность ответчика в увольнении Ш. по собственному желанию, так как отпадает необходимость проведения служебной проверки, не только не подтверждены какими-либо доказательствами по делу, но и опровергаются показаниями свидетелей и нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок проведения служебных проверок, поскольку согласно Приказа МВД России от 24 декабря 2008 N 1140 "Об утверждении Инструкции о порядке организации и проведения служебных проверок в органах, подразделениях и учреждениях системы Министерства внутренних Российской Федерации" служебная проверка в отношении Ш. не могла быть назначена и проведена до вынесения решения Следственным комитетом в порядке, предусмотренном УПК РФ. Несостоятельны, по мнению автора жалобы, и выводы суда о том, что график работы личного состава взвода ППС на октябрь 2011 года, утвержденный 29 сентября 2011 года, согласно которого Ш. был включен в постовую ведомость, в том числе на 14 и 15 октября 2011 года, свидетельствуют о том, что Ш. не планировал своего увольнения, поскольку как было установлено в судебном заседании именно обстоятельства, произошедшие 13 октября 2011 года, послужили основанием к написанию истцом рапорта об увольнении по собственному желанию и соответственно график работы, утвержденный до этих событий, не может подтвердить или опровергнуть его желания, выраженного при написании рапорта 14 октября 2011 года. По мнению представителя ответчика, судом неверно произведен расчет денежного довольствия за время вынужденного прогула, поскольку судом не учтено, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету, а также то обстоятельство, что согласно п. 15 приказа МВД России от 14 декабря 2009 года N 960 "Об утверждении Положения о денежном довольствии сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации" сотрудникам, которые в период увольнения и до восстановления на службе работали на предприятиях, в учреждениях и организациях, занимались предпринимательской деятельностью, компенсируется разница между денежным довольствием, получаемым по последней должности в органах внутренних дел, и фактическим заработком, а также получаемой в этот период пенсией, за все время вынужденного перерыва в службе, а истец в ходе судебного разбирательства по делу (протокол судебного заседания от 01 марта 2012 года) пояснил, что с момента увольнения по день вынесения решения занимался коммерческой деятельностью - перевозкой пассажиров (частным извозом) на личном автотранспорте и имел доход в среднем 6000 рублей в месяц.
Об отмене вышеуказанного решения суда в апелляционном представлении просил исполняющий обязанности прокурора г. Моршанска.
Между тем, до вынесения судом апелляционного определения прокурор г. Моршанска направил в суд апелляционной инстанции заявление об отказе от апелляционного представления, в связи с чем производство по данному апелляционному представлению подлежит прекращению.
В возражениях на апелляционную жалобу Ш. просит решение суда оставить без изменения, полагая, что судом первой инстанции правильно определены и исследованы все обстоятельства, имеющие значение по делу. Считает, что суд верно критически отнесся к показаниям свидетелей К., З., М. и К., поскольку в данном деле они являются заинтересованными лицами в связи с тем, что по факту превышения ими своих служебных полномочий проводилась проверка в рамках уголовно-процессуального законодательства.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поддержанные представителем МО МВД России "Моршанский" Б.О.А., выслушав Ш. и его представителя - адвоката Сластухина С.М., полагавших жалобу необоснованной, заслушав заключение прокурора, считавшего решение суда в части восстановления Ш. на работе законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Из материалов дела следует, что приказом начальника МО МВД России "Моршанский" от 14 октября 2011 года N 167 л\\с Ш. уволен из органов внутренних дел по пункту 1 части 1 статьи 40 Закона "О полиции" (по собственному желанию) на основании поданного им рапорта от 13 октября 2011 года.
В соответствии разъяснениями, данными в п. 22 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", указано, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Судом первой инстанции материалами дела установлены следующие обстоятельства, предшествующие написанию Ш. рапорта об увольнении по собственному желанию.
*** года в 22 часа 50 минут на ул. Гражданской г. Моршанска Н.Н.Р. избил Ш., причинив ему телесные повреждения. В связи с данным обстоятельством Ш. 10 октября 2011 года обратился в полицию с заявлением о привлечении Н.Н.Р. к уголовной ответственности. Проверку по данному факту проводил участковый уполномоченный К.А.В. 13 октября 2011 года Н.Н.Р. с целью примирения с Ш. и прекращения проверки по его заявлению, предложил компенсировать причиненный им вред и в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" Ш. получено от Н.Н.Р. *** рублей за причиненные телесные повреждения, а затем Ш. написана расписка о получении вышеуказанной суммы, а также заявление прокурору г. Моршанска о прекращении проверки по факту его избиения в связи с примирением. После передачи денег и написания расписки и заявления Ш. и К.А.В. были задержаны в связи с поступившим заявлением Н.Н.Р. о вымогательстве денег.
13 октября 2011 года после проведения оперативных мероприятий в отношении К.А.В. и Ш. с ними беседовал начальник отделения по работе с личным составом К.М.А., который при выходе из здания отдела полиции около 24 часов ночи предупредил Ш. о явке 14 октября 2011 года к 8 часам утра в отдел полиции в форменной одежде и с рапортом на увольнение.
Указанные обстоятельства в суде подтвердили свидетели К.А.В., М.А.В. и Б.А.П.
Кроме того, свидетель К.А.В. в судебном заседании показал, что 13 октября 2011 года после проведения необходимых оперативно-розыскных мероприятий, завершившихся около 21 часа, его и Ш. пригласили в кабинет к К.М.А., где последний предложил Ш. написать рапорт об увольнении, при этом на них оказывалось психологическое давление с мотивом того, что они получили взятку и тем самым позорят отдел полиции. При этом он и Ш. поясняли, что денежные средства Ш. получил в виде компенсации за причиненные ему Н.Н.Р. телесные повреждения. В отделе его и Ш. продержали до 23 часов 30 минут, при этом их предупреждали, что домой их отпустят только после написания рапорта. В связи с отказом от написания рапорта, их все-таки отпустили с условием, что 14 октября 2011 года утром они явятся в отдел полиции с рапортами на увольнение. Утром 14 октября 2011 года Ш. не высказывал намерений об увольнении по собственному желанию, между собой они договорились, что не будут увольняться, поскольку они ни в чем не виноваты, но их провели в кабинет З.И.А., в который затем заходили К.М.А., М.Д.В., К.В.В., К.В.А. и настаивали на написании рапорта об увольнении без двухнедельной отработки, при этом им давали готовые бланки рапортов с указанием их должностей и фамилий. Ш. сказали, что материал проверки направлен в прокуратуру и решается вопрос о возбуждении уголовного дела, но если он напишет рапорт об увольнении, то будет осужден не как сотрудник полиции, а как вольнонаемный, в случае отказа - будет решаться вопрос о его аресте и из отдела полиции он не выйдет. Испугавшись ареста и угроз, Ш. в 10 часов написал рапорт об увольнении по собственному желанию.
20 октября 2011 года при даче объяснений следователю Б.О.Е. Ш. подтвердил, что рапорт на увольнение им написан вынужденно в связи с оказанным на него психологическим давлением со стороны руководства МО МВД России "Моршанский".
По данному факту органами следствия проводилась проверка, по результатам которой 11 ноября 2011 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела о неправомерных действиях руководящего состава МО МВД России "Моршанский" за отсутствием в действиях указанных лиц состава преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 1 ст. 286 УК РФ.
Учитывая изложенные доказательства в их совокупности, апелляционная инстанция полагает, что суд первой инстанции, удовлетворяя иск Ш. о восстановлении на работе, пришел к обоснованному выводу о доказанности Ш. того обстоятельства, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию.
При этом суд апелляционной инстанции считает, что показания свидетелей К.А.В., М.А.В. и Б.А.П. об обстоятельствах написания Ш. рапорта об увольнении подтверждают доводы истца об оказанном на него психологическом давлении со стороны руководства отдела полиции.
Учитывая данное обстоятельство, суд первой инстанции правомерно отнесся критически к показаниям свидетелей К.В.В., М.В.Д., З.И.А., К.М.А., которыми по утверждению истца и свидетеля К.А.В. оказывалось психологическое давление на Ш. при написании им рапорта об увольнении по собственному желанию.
Кроме того, материалами дела установлено, что постановлением старшего следователя Моршанского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Тамбовской области от 01 ноября 2011 года в возбуждении уголовного дела по заявлениям Н.Н.Р. о вымогательстве у него взятки сотрудниками МО МВД России "Моршанский" К.А.В. и Ш. отказано в связи с отсутствием события преступлений.
Наличие данного постановления подтверждает утверждения Ш. в момент написания рапорта о его невиновности в совершении каких-либо преступлений при получении денежных средств от Н.Н.Р., а также свидетельствует о преждевременности выводов руководства МО МВД России "Моршанский" о возможном возбуждении в отношении Ш. уголовного дела и его аресте.
Таким образом, выводы суда первой инстанции о незаконном увольнении Ш. основаны на нормах действующего законодательства, полно мотивированы в решении суда и не опровергаются доводами апелляционной жалобы, которые сводятся к переоценке правильных выводов суда.
Между тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении решения суда в части взыскания с ответчика в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 83924 рублей 84 копеек.
Согласно справки главного бухгалтера МО МВД России "Моршанский" от 04 июня 2012 года общая сумма недополученного денежного содержания Ш. за время вынужденного прогула составляет 83713 рублей 92 копейки. Данная сумма Ш. и его представителем в суде апелляционной инстанции не оспаривалась.
Учитывая восстановление судом Ш. на работе в прежней должности, из указанной выше суммы подлежит исключению сумма выходного пособия в размере 29268 рублей, выплаченная истцу при увольнении.
Таким образом, с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 54445 рублей 92 копейки (83713 руб. 92 коп. - 29268 руб.).
Довод автора апелляционной жалобы со ссылкой на п. 15 приказа МВД России от 14 декабря 2009 года N 960 о необходимости исключения из среднего заработка за время вынужденного прогула дохода Ш., полученного от коммерческой деятельности в период вынужденного перерыва в службе, суд апелляционной инстанции считает не подлежащим удовлетворению, поскольку представителем ответчика в суд не представлено достоверных доказательств осуществления Ш. предпринимательской деятельности.
Руководствуясь ст. ст. 326, 328, 329 ГПК РФ, апелляционная инстанция
определила:
Прекратить производство по апелляционному представлению и.о. прокурора г. Моршанска Тамбовской области на решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года в связи с отказом прокурора от апелляционного представления.
Решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года в части взыскания с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 83924 рублей 84 копеек - отменить, вынести по делу в этой части новое решение, по которому: взыскать с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. средний заработок за время вынужденного прогула с 14 октября 2011 года по 01 марта 2012 года в размере 54445 рублей 92 копеек.
В остальной части указанное решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу МО МВД России "Моршанский" - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТАМБОВСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 13.06.2012 ПО ДЕЛУ N 33-1385
Разделы:Индивидуальные трудовые споры; Трудовые споры. Социальное партнерство. Профсоюзы
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ТАМБОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 июня 2012 г. по делу N 33-1385
Судья: Савенкова Е.А.
Апелляционная инстанция судебной коллегии по гражданским делам Тамбовского областного суда в составе:
председательствующего Ваганюк Н.Н.
судей Баранова В.В., Андриановой И.В.
с участием помощника прокурора Тамбовской области Пугач И.В.
при секретаре З.
рассмотрела в судебном заседании 13 июня 2012 года апелляционную жалобу представителя МО МВД России "Моршанский" и апелляционное представление и.о. прокурора г. Моршанска Тамбовской области на решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года по делу по иску Ш. к Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел РФ "Моршанский" о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Баранова В.В., апелляционная инстанция
установила:
18 декабря 1996 года Ш. был принят на работу в Моршанский ГОВД УВД Тамбовской области на должность милиционера роты ППС и проходил службу до 14 октября 2011 года в должности командира отделения взвода патрульно-постовой службы полиции Межмуниципального отдела МВД РФ "Моршанский", имея специальное звание *** полиции.
Приказом начальника МО МВД России "Моршанский" от 14 октября 2011 года N 167 л\\с Ш. уволен из органов внутренних дел по пункту 1 части 1 статьи 40 Закона "О полиции" (по собственному желанию) на основании его рапорта от 13 октября 2011 года.
Не согласившись с увольнением, Ш. обратился в суд с иском о восстановлении на работе в прежней должности, взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в размере *** рублей. В обоснование заявленных требований Ш. указал, что 09 октября 2011 года в нерабочее время он был подвергнут избиению жителем г. Моршанска Н.Н.Р. и ему были причинены телесные повреждения. В связи с данным фактом им было подано заявление о привлечении Н.Н.Р. к уголовной ответственности. Проверку по данному факту проводил участковый уполномоченный К.А.В. 13 октября 2011 года Н.Н.Р. с целью примирения и прекращения проверки по заявлению предложил компенсировать причиненный им вред и в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" им, Ш., получено от Н.Н.Р. *** рублей, а затем написана расписка о получении вышеуказанной суммы. После передачи денег и написании расписки он, Ш., и участковый К.А.В. были задержаны в рамках проводимого в отношении них оперативного-розыскного мероприятия. Ввиду указанных событий ему стали вменять в вину вымогательство денег у Н.Н.Р., он был лишен возможности покинуть здание отдела до полуночи по требованию помощника начальника Межведомственного отдела - К.М.А. и ему неоднократно предлагалось написать рапорт об увольнении по собственному желанию, с чем он не был согласен. Указал, что на него оказывались психологическое давление и угрозы, что в случае отказа написать рапорт об увольнении, в отношении него возбудят уголовное дело и изберут меру пресечения в виде заключения под стражу. Поскольку он отказался написать рапорт, на следующий день в 8 часов он был вызван в здание МО МВД России "Моршанский", где в кабинете З.И.А. ему вновь предложили уволиться по собственному желанию, и не выдержав давления со стороны начальников служб, Ш. был вынужден написать рапорт об увольнении по собственному желанию. Текст рапорта для написания ему предоставил К.М.А. Согласно данного рапорта в тот же день он был уволен со службы. Дата в рапорте об увольнении была указана 13 октября 2011 года, что не соответствует действительности. Истец в заявлении указал, что был уволен по собственному желанию, но такой инициативы с его стороны не было, он не имел намерения увольняться с работы, поскольку был включен в график работы до 15 октября 2011 года, считает увольнение незаконным, поскольку рапорт об увольнении был написан под давлением со стороны руководства отдела и указал, что в результате необоснованного увольнения он был лишен возможности трудиться и в период с 14 октября 2011 года не имел заработка, а также в результате увольнения испытывает нравственные страдания в связи с потерей работы и отсутствием денежных средств на содержание несовершеннолетнего ребенка.
Решением Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года исковые требования Ш. удовлетворены, он восстановлен на работе в должности командира отделения взвода ППС МО МВД России "Моршанский". С Межмуниципального отдела Министерства внутренних дел России Моршанский" в пользу Ш. взыскан средний заработок за время вынужденного прогула с 14 октября 2011 года по день восстановления на работе (01 марта 2012 года) в сумме 83 924 рублей 84 копеек, компенсация морального вреда - 10 000 рублей, а также расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.
В апелляционной жалобе представитель МО МВД России "Моршанский" просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе Ш. в удовлетворении иска. Считает решение незаконным и необоснованным, вынесенным с существенным нарушением норм материального и процессуального права, без оценки юридически значимых обстоятельств по делу. Автор жалобы указывает, что выводы суда, положенные в основу решения о том, что на Ш. оказывалось психологическое давление, опровергаются рядом доказательств. Так, 13 октября 2011 года в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" гражданин Н.Н.Р. передал денежные средства Ш., написав при этом заявление о вымогательстве у него денежных средств со стороны сотрудников полиции. Следственно-оперативной группой, прибывшей на место происшествия, проводились мероприятия по документированию и установлению обстоятельств факта получения денежных средств истцом. Ш. от дачи пояснений по факту получения им денежных средств отказался, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ и дал показания лишь через 10 дней в присутствии адвоката, что явно подтверждает то обстоятельство, что в рассматриваемый период он не только осознавал все происходящее, но и планировал отстаивать свои права. По мнению автора жалобы, события, имевшие место 13 октября 2011 года и послужили основанием для подачи Ш. рапорта об увольнении по собственному желанию. С приказом об увольнении истец был ознакомлен под роспись и своего несогласия с ним не выразил, равно как и намерения продолжить трудовые отношения с ответчиком, в день увольнения им была получена трудовая книжка и впоследствии заявлений работодателю об отзыве рапорта истцом не направлялось. Ш. не было предоставлено доказательств его доводов о том, что рапорт был написан под оказанием психологического давления, так как он опасался, что в отношении него изберут меру пресечения в виде заключения под стражу, тогда как в соответствии с разъяснениями, данными в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2, обязанность по доказыванию данных обстоятельств возлагается именно на сотрудника. Единственный свидетель, который подтвердил факт давления (угроз со стороны руководства) является К.А.В., который заинтересован в исходе рассмотрения дела, так как им по тем же обстоятельствам подан аналогичный иск о восстановлении на службе. Автор жалобы указывает, что суд не дал оценки показаниям свидетелей К.В.В., К.М.А., М.В.Д., З.И.А. указав без каких-либо оснований, что критически относится к показаниям указанных свидетелей, так как именно они оказывали психологическое давление. При этом названные свидетели показали, что Ш. никто не удерживал в здании отдела и не лишал возможности покидать здание (все свидетели подтвердили его свободное перемещение по зданию, в том числе за его пределами); ни один из свидетелей не подтвердил психологического давления и высказывания угроз в адрес Ш. о применении к нему меры пресечения в виде ареста; кроме того, сам Ш. в своих показаниях указал, что К.М.А., К.В.В., М.В.Д., З.И.А., рекомендовали ему написать рапорт об увольнении, что отражено в протоколе судебного заседания от 15 января 2012 года. Судом неверно оценены показания свидетелей Б.А.П. и М.А.В., поскольку показания данных лиц ни каким образом не могут подтверждать факт давления, а лишь свидетельствует о состоявшейся беседе между К.М.А. и Ш. по поводу возможного увольнения. При этом суд не исследовал и не дал оценки тому, что К.М.А. не являлся руководителем (работодателем) Ш. и как видно из материалов дела, работодателем истца, обладающим правом приема и увольнения, является начальник МО МВД "Моршанский" - К.В.А. Каких-либо предложений, касающихся увольнения истца, Ш. от К.В.А. не поступало вообще, что не отрицается и самим истцом. Помимо того, в жалобе указано, что судом не дана оценка постановлению Следственного комитета об отказе в возбуждении уголовного дела от 11 ноября 2011 года, вынесенного по результатам проверки по заявлению Ш. на неправомерные действия должностных лиц К.В.В., К.М.А., М.В.Д., З.И.А., и которым установлено, что указанные лица, какого-либо давления с целью принудить Ш. к написанию рапорта об увольнении со службы не оказывали, угроз в его адрес с той же целью не высказывали, все разговоры, которые должностные лица вели с Ш., по своему содержанию соответствовали Кодексу профессиональной этике сотрудника ОВД и являлись высказыванием личного мнения, а также совета о том, каким образом можно поступить в сложившейся ситуации. В постановлении указано, что какой-либо корыстной или иной личной заинтересованности должностных лиц ОВД в склонении Ш. к написанию рапорта об увольнении органы следствия не усматривают. Указанное постановление Ш. не обжаловалось. В ходе рассмотрения дела суд отказал ответчику в проведении психолого-психиатрической экспертизы для установления факта психологического давления, способного повлечь за собой не контролируемые действия Ш. и определения его психологического состояния при выражении воли по написанию рапорта об увольнении. Доводы суда о том, что усматривается заинтересованность ответчика в увольнении Ш. по собственному желанию, так как отпадает необходимость проведения служебной проверки, не только не подтверждены какими-либо доказательствами по делу, но и опровергаются показаниями свидетелей и нормативно-правовыми актами, регламентирующими порядок проведения служебных проверок, поскольку согласно Приказа МВД России от 24 декабря 2008 N 1140 "Об утверждении Инструкции о порядке организации и проведения служебных проверок в органах, подразделениях и учреждениях системы Министерства внутренних Российской Федерации" служебная проверка в отношении Ш. не могла быть назначена и проведена до вынесения решения Следственным комитетом в порядке, предусмотренном УПК РФ. Несостоятельны, по мнению автора жалобы, и выводы суда о том, что график работы личного состава взвода ППС на октябрь 2011 года, утвержденный 29 сентября 2011 года, согласно которого Ш. был включен в постовую ведомость, в том числе на 14 и 15 октября 2011 года, свидетельствуют о том, что Ш. не планировал своего увольнения, поскольку как было установлено в судебном заседании именно обстоятельства, произошедшие 13 октября 2011 года, послужили основанием к написанию истцом рапорта об увольнении по собственному желанию и соответственно график работы, утвержденный до этих событий, не может подтвердить или опровергнуть его желания, выраженного при написании рапорта 14 октября 2011 года. По мнению представителя ответчика, судом неверно произведен расчет денежного довольствия за время вынужденного прогула, поскольку судом не учтено, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным, выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету, а также то обстоятельство, что согласно п. 15 приказа МВД России от 14 декабря 2009 года N 960 "Об утверждении Положения о денежном довольствии сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации" сотрудникам, которые в период увольнения и до восстановления на службе работали на предприятиях, в учреждениях и организациях, занимались предпринимательской деятельностью, компенсируется разница между денежным довольствием, получаемым по последней должности в органах внутренних дел, и фактическим заработком, а также получаемой в этот период пенсией, за все время вынужденного перерыва в службе, а истец в ходе судебного разбирательства по делу (протокол судебного заседания от 01 марта 2012 года) пояснил, что с момента увольнения по день вынесения решения занимался коммерческой деятельностью - перевозкой пассажиров (частным извозом) на личном автотранспорте и имел доход в среднем 6000 рублей в месяц.
Об отмене вышеуказанного решения суда в апелляционном представлении просил исполняющий обязанности прокурора г. Моршанска.
Между тем, до вынесения судом апелляционного определения прокурор г. Моршанска направил в суд апелляционной инстанции заявление об отказе от апелляционного представления, в связи с чем производство по данному апелляционному представлению подлежит прекращению.
В возражениях на апелляционную жалобу Ш. просит решение суда оставить без изменения, полагая, что судом первой инстанции правильно определены и исследованы все обстоятельства, имеющие значение по делу. Считает, что суд верно критически отнесся к показаниям свидетелей К., З., М. и К., поскольку в данном деле они являются заинтересованными лицами в связи с тем, что по факту превышения ими своих служебных полномочий проводилась проверка в рамках уголовно-процессуального законодательства.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поддержанные представителем МО МВД России "Моршанский" Б.О.А., выслушав Ш. и его представителя - адвоката Сластухина С.М., полагавших жалобу необоснованной, заслушав заключение прокурора, считавшего решение суда в части восстановления Ш. на работе законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Из материалов дела следует, что приказом начальника МО МВД России "Моршанский" от 14 октября 2011 года N 167 л\\с Ш. уволен из органов внутренних дел по пункту 1 части 1 статьи 40 Закона "О полиции" (по собственному желанию) на основании поданного им рапорта от 13 октября 2011 года.
В соответствии разъяснениями, данными в п. 22 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ", указано, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Судом первой инстанции материалами дела установлены следующие обстоятельства, предшествующие написанию Ш. рапорта об увольнении по собственному желанию.
*** года в 22 часа 50 минут на ул. Гражданской г. Моршанска Н.Н.Р. избил Ш., причинив ему телесные повреждения. В связи с данным обстоятельством Ш. 10 октября 2011 года обратился в полицию с заявлением о привлечении Н.Н.Р. к уголовной ответственности. Проверку по данному факту проводил участковый уполномоченный К.А.В. 13 октября 2011 года Н.Н.Р. с целью примирения с Ш. и прекращения проверки по его заявлению, предложил компенсировать причиненный им вред и в вечернее время в здании МО МВД России "Моршанский" Ш. получено от Н.Н.Р. *** рублей за причиненные телесные повреждения, а затем Ш. написана расписка о получении вышеуказанной суммы, а также заявление прокурору г. Моршанска о прекращении проверки по факту его избиения в связи с примирением. После передачи денег и написания расписки и заявления Ш. и К.А.В. были задержаны в связи с поступившим заявлением Н.Н.Р. о вымогательстве денег.
13 октября 2011 года после проведения оперативных мероприятий в отношении К.А.В. и Ш. с ними беседовал начальник отделения по работе с личным составом К.М.А., который при выходе из здания отдела полиции около 24 часов ночи предупредил Ш. о явке 14 октября 2011 года к 8 часам утра в отдел полиции в форменной одежде и с рапортом на увольнение.
Указанные обстоятельства в суде подтвердили свидетели К.А.В., М.А.В. и Б.А.П.
Кроме того, свидетель К.А.В. в судебном заседании показал, что 13 октября 2011 года после проведения необходимых оперативно-розыскных мероприятий, завершившихся около 21 часа, его и Ш. пригласили в кабинет к К.М.А., где последний предложил Ш. написать рапорт об увольнении, при этом на них оказывалось психологическое давление с мотивом того, что они получили взятку и тем самым позорят отдел полиции. При этом он и Ш. поясняли, что денежные средства Ш. получил в виде компенсации за причиненные ему Н.Н.Р. телесные повреждения. В отделе его и Ш. продержали до 23 часов 30 минут, при этом их предупреждали, что домой их отпустят только после написания рапорта. В связи с отказом от написания рапорта, их все-таки отпустили с условием, что 14 октября 2011 года утром они явятся в отдел полиции с рапортами на увольнение. Утром 14 октября 2011 года Ш. не высказывал намерений об увольнении по собственному желанию, между собой они договорились, что не будут увольняться, поскольку они ни в чем не виноваты, но их провели в кабинет З.И.А., в который затем заходили К.М.А., М.Д.В., К.В.В., К.В.А. и настаивали на написании рапорта об увольнении без двухнедельной отработки, при этом им давали готовые бланки рапортов с указанием их должностей и фамилий. Ш. сказали, что материал проверки направлен в прокуратуру и решается вопрос о возбуждении уголовного дела, но если он напишет рапорт об увольнении, то будет осужден не как сотрудник полиции, а как вольнонаемный, в случае отказа - будет решаться вопрос о его аресте и из отдела полиции он не выйдет. Испугавшись ареста и угроз, Ш. в 10 часов написал рапорт об увольнении по собственному желанию.
20 октября 2011 года при даче объяснений следователю Б.О.Е. Ш. подтвердил, что рапорт на увольнение им написан вынужденно в связи с оказанным на него психологическим давлением со стороны руководства МО МВД России "Моршанский".
По данному факту органами следствия проводилась проверка, по результатам которой 11 ноября 2011 года вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела о неправомерных действиях руководящего состава МО МВД России "Моршанский" за отсутствием в действиях указанных лиц состава преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ч. 1 ст. 286 УК РФ.
Учитывая изложенные доказательства в их совокупности, апелляционная инстанция полагает, что суд первой инстанции, удовлетворяя иск Ш. о восстановлении на работе, пришел к обоснованному выводу о доказанности Ш. того обстоятельства, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию.
При этом суд апелляционной инстанции считает, что показания свидетелей К.А.В., М.А.В. и Б.А.П. об обстоятельствах написания Ш. рапорта об увольнении подтверждают доводы истца об оказанном на него психологическом давлении со стороны руководства отдела полиции.
Учитывая данное обстоятельство, суд первой инстанции правомерно отнесся критически к показаниям свидетелей К.В.В., М.В.Д., З.И.А., К.М.А., которыми по утверждению истца и свидетеля К.А.В. оказывалось психологическое давление на Ш. при написании им рапорта об увольнении по собственному желанию.
Кроме того, материалами дела установлено, что постановлением старшего следователя Моршанского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Тамбовской области от 01 ноября 2011 года в возбуждении уголовного дела по заявлениям Н.Н.Р. о вымогательстве у него взятки сотрудниками МО МВД России "Моршанский" К.А.В. и Ш. отказано в связи с отсутствием события преступлений.
Наличие данного постановления подтверждает утверждения Ш. в момент написания рапорта о его невиновности в совершении каких-либо преступлений при получении денежных средств от Н.Н.Р., а также свидетельствует о преждевременности выводов руководства МО МВД России "Моршанский" о возможном возбуждении в отношении Ш. уголовного дела и его аресте.
Таким образом, выводы суда первой инстанции о незаконном увольнении Ш. основаны на нормах действующего законодательства, полно мотивированы в решении суда и не опровергаются доводами апелляционной жалобы, которые сводятся к переоценке правильных выводов суда.
Между тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об изменении решения суда в части взыскания с ответчика в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 83924 рублей 84 копеек.
Согласно справки главного бухгалтера МО МВД России "Моршанский" от 04 июня 2012 года общая сумма недополученного денежного содержания Ш. за время вынужденного прогула составляет 83713 рублей 92 копейки. Данная сумма Ш. и его представителем в суде апелляционной инстанции не оспаривалась.
Учитывая восстановление судом Ш. на работе в прежней должности, из указанной выше суммы подлежит исключению сумма выходного пособия в размере 29268 рублей, выплаченная истцу при увольнении.
Таким образом, с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 54445 рублей 92 копейки (83713 руб. 92 коп. - 29268 руб.).
Довод автора апелляционной жалобы со ссылкой на п. 15 приказа МВД России от 14 декабря 2009 года N 960 о необходимости исключения из среднего заработка за время вынужденного прогула дохода Ш., полученного от коммерческой деятельности в период вынужденного перерыва в службе, суд апелляционной инстанции считает не подлежащим удовлетворению, поскольку представителем ответчика в суд не представлено достоверных доказательств осуществления Ш. предпринимательской деятельности.
Руководствуясь ст. ст. 326, 328, 329 ГПК РФ, апелляционная инстанция
определила:
Прекратить производство по апелляционному представлению и.о. прокурора г. Моршанска Тамбовской области на решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года в связи с отказом прокурора от апелляционного представления.
Решение Моршанского районного суда Тамбовской области от 01 марта 2012 года в части взыскания с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 83924 рублей 84 копеек - отменить, вынести по делу в этой части новое решение, по которому: взыскать с МО МВД России "Моршанский" в пользу Ш. средний заработок за время вынужденного прогула с 14 октября 2011 года по 01 марта 2012 года в размере 54445 рублей 92 копеек.
В остальной части указанное решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу МО МВД России "Моршанский" - без удовлетворения.
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)