Судебные решения, арбитраж
Должностная инструкция; Документирование трудовых отношений
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
Судья: Булыгина Н.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе:
председательствующего Козловой Е.В.,
судей Малич В.С. и Пойменовой С.Н.
при секретаре Г.
с участием прокурора Мироновой М.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери 24 мая 2011 года по докладу судьи Малич В.С.
дело по кассационной жалобе Д. и кассационному представлению прокурора Центрального района
на решение Центрального районного суда г. Твери от 8 апреля 2011 года, которым постановлено:
"Д. в удовлетворении исковых требований к Банку ВТБ 24 (ЗАО) о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания - отказать".
Судебная коллегия
установила:
Д. обратился в суд с иском к ВТБ 24 (ЗАО) о восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности.
Требования мотивированы тем, что приказом от 20 марта 2008 года он был принят на работу операционный офис "Тверской" филиала N Банка ВТБ 24 (ЗАО) на должность коменданта, с ним был заключен трудовой договор.
Приказом N -К от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с замещаемой должности в соответствии с п. п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за систематическое грубое нарушение работником трудовых обязанностей.
Считает увольнение незаконным, так как его отсутствие на рабочем месте имело место только в связи с выполнением обязанностей, возложенных на него должностной инструкцией.
Незаконным увольнением ему причинен моральный вред, который выразился в нравственных и физических страданиях. Он испытывал чувство страха, чувство стыдливости перед коллегами, знакомыми, контрагентами и поставщиками, бывшими сослуживцами, семьей, перенес стресс, вынужден был обратиться к врачу невропатологу, в связи с ухудшением состояния здоровья. При этом сильно упал (понизился) его авторитет в банковских кругах.
Продолжительное время он не может трудоустроиться, так как работодатели при приеме на работу обращают внимание на запись об увольнении в трудовой книжке. Моральный вред истец оценил в рублей.
Приказ от ДД.ММ.ГГГГ N -ЛС о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде выговора за систематическое отсутствие на рабочем месте без уважительной причины с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ полагал незаконным, т.к. он был основан на данных, которые не могут являться подтверждением допущенных нарушений. С актом служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ и заключением юриста он ознакомлен не был. С данным приказом согласен не был и намеревался его обжаловать. ДД.ММ.ГГГГ последовало его увольнение.
В судебном заседании истец Д. и его представители Б. и Т. исковые требования поддержали.
Представитель истца Т. пояснила суду, что выполнение должностных обязанностей Д. могло иметь место в условиях передвижного (разъездного) характере работы, в трудовом договоре не оговорено конкретное рабочее место.
Полагала наложение дисциплинарного взыскания в виде выговора незаконным. Указывала на то, что не ясно в какое время была составлена служебная записка ФИО7 ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ "В отношении проверки соблюдения сотрудниками режима рабочего времени". Факт отсутствия Д. на рабочем месте был установлен ФИО8 только по истечении рабочего времени, после 18 часов.
09.06.2010 в 09.08 Д. на электронную почту пришло письмо от ФИО7 с предложением предоставить письменное объяснение с указанием причин регулярного отсутствия на рабочем месте в срок до 15.06.2010. В ответ на указанное письмо истцом 09.06.2010 в 10.17 была написана объяснительная, в которой истец изложил причины отсутствия на рабочем месте, и отправлена ФИО7 по электронной почте.
Впоследствии данное письмо не было оценено руководством, в документах же ответчика значилось, что Д. отказался от дачи объяснений. Полагала, что дача объяснений посредством использования электронной связи не противоречит требованиям законодательства.
Данные выборочной видеофиксации не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств по делу, так как содержащаяся в них информация не соответствует действительности.
Служебная записка ФИО8 на имя ФИО7 о переносе отпуска в связи с проведением служебной проверки по факту систематического отсутствия работника на рабочем месте, датированная и согласованная 11.06.2010 и Распоряжение о переносе отпуска работнику N от 11.06.2010 являются подложными доказательствами, поскольку 11.06.2010 ФИО7, согласно данным Табеля учета рабочего времени находился в служебной командировке и не имел возможности подписать соответствующие документы.
С приказом от ДД.ММ.ГГГГ Д. не был ознакомлен, факт систематического отсутствия истца на рабочем месте ответчиком не подтвержден.
Отсутствие истца в офисе 16.06.2010 вызвано уважительными причинами, поскольку он самостоятельно осуществлял выезды к контрагентам в целях исполнения должностных обязанностей.
Представленный в суд табель учета рабочего времени, в котором зафиксирован прогул Д. является недостоверным документом. Акт от 16.06.2010 об отсутствии на рабочем месте и последующие акты об отказе дать объяснения по существу отсутствия на рабочем месте не являются надлежащими доказательствами по делу. Служебная записка от 16.06.2010 ФИО8 также не может быть принята во внимание судом, поскольку ФИО8 находился в ежегодном отпуске и не мог составлять служебную записку.
Кроме того был нарушен порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и выдачи трудовой книжки.
Представители ответчика по доверенности С., Ф., К., М. исковые требования не признали и пояснили, что наложение дисциплинарных взысканий в виде выговора и увольнения являются правомерными, порядок привлечения к дисциплинарной ответственности ответчиком не нарушен.
Судом постановлено приведенное выше решение. В кассационной жалобе Д. ставит вопрос об отмене решения суда и просит разрешить дело по существу, удовлетворив его исковые требования. В жалобе указывает, что судом неверно истолкованы фактические обстоятельства дела и не применен закон, подлежащий применению. В соответствии с п. 1.4 Трудового договора местом работы Работника является здание (помещение ОО "Тверской", иное место нахождения структурного подразделения ОО "Тверской", расположенное в черте города Тверь, а также иное место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем Работодателя. В ОО "Тверской" имеется локальный нормативный акт о типовом рабочем месте, согласно которому, за каждым отделом Банка, а также за каждой должностью закреплено определенное типовое рабочее место, но в данном документе отсутствует закрепление какого-либо конкретного рабочего места за комендантом. В Трудовом договоре, заключенном с Д. и в Должностной инструкции коменданта отсутствует упоминание о том, что работник обязан находиться на своем рабочем месте, определенном внутренними документами организации, не покидать рабочее место без соответствующего разрешения своего непосредственного руководителя или руководителя организации. Таким образом, Д. действовал в соответствии с п. 2.1.1 Трудового договора и п. 4.2 Должностной инструкции. Ответчик не отрицал, что на рабочем месте Д. были отключены все средства связи, однако, суд не принял во внимание это обстоятельство и сделал противоположный вывод о том, что рабочее место Д. было оснащено оборудованием, необходимым для осуществления работы с контрагентами. Из содержания Должностной инструкции следует, что должностные обязанности Д. носили разъездной характер, то есть возможность их исполнения была связана с нахождением и вне места основной работы. Комендант непосредственно подчиняется Управляющему. В ОО "Тверской" отсутствуют какие-либо локальные нормативные акты, обязывающие работника в случае ухода с рабочего места для выполнения возложенных на него обязанностей, информировать об этом непосредственного руководителя. Служебная записка ФИО8 от 08.06.2010 не может быть допустимым доказательством, поскольку составлена после окончания рабочего дня, тогда как в Табеле учета рабочего времени не зафиксировано, что в этот день ФИО8 оставался на сверхурочную работу. Акт отсутствия работника на рабочем месте от 08.06.2010 также был составлен после окончания рабочего времени, поэтому истец не был с ним ознакомлен, а ссылка в Акте на отказ работника с ним ознакомиться является несостоятельной. Суд необоснованно признал ненадлежащим доказательством объяснения истца по поводу отсутствия на рабочем месте, направленные ФИО7 на электронную почту, поскольку этот документ был оформлен в соответствии с требованием действующего законодательства. Система охранного телевидения не предусмотрена для фиксации уходов работников с рабочего места и ее данные не могут быть доказательством в суде. Доводы о переносе отпуска ФИО8 не нашли своего подтверждения в суде, поскольку представленные ответчиком документы оформлены позднее или ранее срока наложения дисциплинарного взыскания в виде выговора. В суде доказан лишь один факт отсутствия истца на рабочем месте (08.06.2010), тогда как в качестве основания для привлечения к дисциплинарной ответственности, указана систематичность прогулов. Суд сделал ошибочный вывод относительно пропуска срока на обжалование приказа N -ЛС от ДД.ММ.ГГГГ о дисциплинарном взыскании в виде выговора, так как о наличии приказа он узнал только 21 июня 2010 года, а уточненные исковые требования были поданы им в Заволжский районный суд 20.09.2010, то есть в срок, установленный ст. 392 ТК РФ. Суд необоснованно принял во внимание показания свидетеля ФИО11, который не отрицал наличие конфликтных отношений с истцом. 16.06.2010 в связи с отключением средств связи был вынужден осуществлять самостоятельные выезды к контрагентам банка. Офисы контрагентов находятся под косвенным контролем работодателя, так как информацию о присутствии или же отсутствии работника в них можно проверить. Нахождение истца в офисах контрагентов подтверждается соответствующими справками, что свидетельствует о надлежащем выполнении истцом возложенных на него обязанностей и не является прогулом. Табель учета рабочего времени не может рассматриваться как доказательство, так как не соответствует форме, установленной Постановлением Госкомстата РФ от 05.01.2004 N 1. Судом также нарушены нормы процессуального права, в частности заявленные исковые требования были рассмотрены и оценены судом не в полном объеме, а частично (только об обжаловании двух приказов).В кассационном представлении прокурора ставится вопрос об отмене решения суда и направлении дела на новое рассмотрение. При этом имеет место ссылка на то, что исходя из положений должностной инструкции и трудового договора, Д. вправе покидать здание филиала в целях выполнения служебных задач, связанных с материально-техническим обеспечением офиса. При этом уведомление об отсутствии в офисе кого-либо из руководства, обязательным не Д. представил суду доказательства уважительности причин отсутствия в здании филиала 16.06.2010, данных, свидетельствующих о недостоверности документов, у ответчика не имеется. Кроме того, в табеле учета рабочего времени сведений относительно отсутствия Д. на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ нет. Срок обжалования данного приказа истцом не пропущен.Таким образом, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, что в силу п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ, является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав Д. и его представителя Т., поддержавших доводы жалобы, представителей Банка ВТБ 24 (ЗАО) по доверенности С., Ф., М., К., возражавших против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Мироновой М.С., поддержавшей кассационное представление и полагавшей решение суда подлежащим отмене, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного по делу решения. Судом первой инстанции установлено, что Д. работал в Банке ВТБ 24(ЗАО) в должности коменданта. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ N -ЛС ему был объявлен выговор за допущенные нарушения требований ст. 21, 189 Трудового кодекса РФ, п. 5.2 Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, п. 7.1, 7.2 Правил внутреннего трудового распорядка, выраженные в систематическом отсутствии на рабочем месте без уважительных причин. Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации, соблюдать трудовую дисциплину. Согласно ч. 1 ст. 189 Трудового кодекса РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ВТБ 24 (ЗАО), утвержденных приказом 25.07.2007 N 59 продолжительность рабочего времени для работников Банка составляет 40 часов в неделю. Начало работы в 9.00 часов, окончание в 18.00 часов, в пятницу в 17 часов. Аналогичные положения содержит и Трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ N, заключенный работодателем с Д.Пунктом 1.4 Трудового договора определено, что местом работы коменданта является здание (помещение) РОО "Тверской" филиала N ВТБ 24 (ЗАО), иное место нахождения структурного подразделения ТП, а также иное место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Принимая во внимание приведенные положения Трудового договора, а также положения ст. 209 Трудового кодекса РФ, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, суд пришел к правильному выводу, что рабочим местом коменданта на момент совершения дисциплинарного проступка и прогула должен быть признан рабочий кабинет коменданта, с рабочим столом, компьютером, телефоном, сканером и иным необходимым для исполнения рабочих обязанностей оборудованием, расположенный на 2-м этаже, по адресу: <...> (Здание РОО "Тверской" филиала N ВТБ 24 (ЗАО).Судом первой инстанции правомерно подвергнута критике позиция истца, связанная с тем, что в соответствии с характером выполняемых им должностных обязанностей и условиями заключенного с ним трудового договора он имел право покидать помещение офиса в целях выполнения служебных функций без уведомления руководства. При этом обоснованно имела место ссылка на следующие обстоятельства. Согласно положениям п. 1.2. должностной инструкцией коменданта, данный работник относится к категории специалистов банка, непосредственно подчиненных руководителю, а именно Управляющему подразделением банка.
В связи с выполнением служебных обязанностей Д., имел возможность покидать помещение банка, что не отрицалось и ответчиком. Однако, доводы истца, связанные с тем, что при этом на нем не лежала обязанность поставить руководителя в известность о факте своего отсутствия, не согласуются с нормами трудового законодательства, и локальных нормативных актов регулирующих вопросы трудовой дисциплины. Нормы трудового законодательства, в частности положения ст. 209 ТК РФ предусматривают возможность нахождение работника в рабочее время в месте, которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. В том случае, если представитель работодателя не был поставлен работником в известность о месте своего нахождения, причинах пребывания вне помещения офиса и характере выполняемых при этом функций, возможность своевременного контролирования действий работника утрачивается.
Кроме того, судом при разрешении спора было принято во внимание, что за проверяемый службой безопасности период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ каких-либо распоряжений, требующих выездов за пределы офиса, истцу Управляющим во исполнение требований п. 3.1.1.2. Должностной Инструкции не давалось.
В отношении существующего в отделении банка официального и фактически реализуемого порядка оставления работником своего рабочего места только по согласованию с непосредственным руководителем в судебном заседании дал показания свидетель ФИО11
Доводы жалобы о том, что показания данного свидетеля не могли быть положены в основу решения в связи с наличием у последнего конфликтных отношений с Д., с учетом характера принятых судом показаний об объективно существующей в офисе практике, не могут быть приняты во внимание, как свидетельство неосновательности выводов суда.
Судом первой инстанции также правильно было учтено то обстоятельство, что рабочее место Д. в офисе было оснащено необходимым для осуществления работы с контрагентами оборудованием.
Доказательства полного лишения Д. возможности вести переговоры с представителями сторонних организаций из помещения банка, отсутствуют.
Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, оценив аргументы сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при издании оспариваемого Д. приказа о наложении на него дисциплинарного взыскании в виде выговора, нарушений закона допущено не было.
Основанием для издания данного приказа послужил Акт служебной проверки от 16.06.2010 года, заключение главного юрисконсульта РОО "Тверской" ФИО10. от ДД.ММ.ГГГГ, на предмет правомерности применения дисциплинарного взыскания по факту отсутствия Д. на рабочем месте без уважительных причин в рабочие дни в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ
Составлению акта служебной проверки предшествовала служебная записка помощника по безопасности ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ на имя управляющего ОО "Тверской" филиала N ВТБ24, в которой нашли отражение данные выборочно контроля использования рабочего времени комендантом Д. и данные об его отсутствии в офисе.
В акте служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ приведены за каждый день данные о времени отсутствия Д. на рабочем месте в указанный выше период.
Ссылки в кассационной жалобе на оформление служебной записки после окончания рабочего дня ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после 18 часов, не могут свидетельствовать о порочности, либо недостоверности ее содержания.
Правомерным является и вывод суда первой инстанции о том, что процедура привлечения Д. к дисциплинарной ответственности нарушена не была.
В силу ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. В случае отказа работника дать указанное объяснение составляется соответствующий Акт. Отказ работника дать объяснение не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 09.08, т.е. после получении руководством служебной записки, на электронную почту истца было передано письмо управляющего ФИО7 с предложением подготовить письменное объяснение с указанием причин регулярного отсутствия на рабочем месте в срок до ДД.ММ.ГГГГ.
Однако письменное объяснение Д. в определенный руководством срок представлено не было.
В этой связи был составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указанный факт был зафиксирован.
В акте служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись о том, что Д. от подписи и дачи объяснений в указанный день в 17 часов отказался.
Суд правомерно отверг доводы Д. в отношении предоставления объяснения по электронной почте, поскольку в распоряжении руководителя ставился вопрос о предоставлении именно письменного объяснения.
В подтверждение фактов отсутствия Д. в определенные временные промежутки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подтверждены и исследованными в судебном заседании материалами видеофиксации.
Ссылки кассатора на недостоверность данного способа фиксации и невозможности использования соответствующих материалов в качестве доказательства в суде, не могут быть приняты во внимание, т.к. доказательств порочности зафиксированных сведений кассатор не привел. Кроме того, их оценка производилась судом в совокупности с иными доказательствами по делу.
Ссылки кассатора на невозможность принятия в качестве доказательств подписанных помощником по безопасности ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ документов, поскольку названный работник в указанный период находился в отпуске и надлежащие доказательства о переносе ежегодного отпуска ФИО8 отсутствуют, не могут быть приняты в качестве обстоятельств, влекущих признание оспариваемого приказа незаконным.
Документальное подтверждение официального переноса времени отпуска ФИО8 в материалах дела имеется.
Вопросы, касающиеся периода нахождения в очередном ежегодном отпуске помощника по безопасности, трудовых прав и охраняемых законом интересов Д. не затрагивают.
Неотражение в Табеле учета рабочего времени данных в отношении отсутствия Д. на рабочем месте в рассматриваемый период, несоставление актов по каждому из фактов отсутствия, не свидетельствуют об обстоятельствах, исключающих возможность привлечения истца к дисциплинарной ответственности за систематическое в течение определенного промежутка времени отсутствия в пределах офиса.
Доказательств уважительности причин отсутствия в офисе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в указанные в приказе временные промежутки Д. не приводилось в ходе рассмотрения спора. Не имеется соответствующих доводов и в кассационной жалобе.
С учетом приведенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что приказ N -ЛС от ДД.ММ.ГГГГ об объявлении Д. выговора является законным.
Решение о привлечении к дисциплинарной ответственности Д., принято с учетом тяжести совершенного проступка, данных о личности истца.
Ссылки в кассационной жалобе на неосновательность выводов суда о пропуске срока на обращение в суд по вопросу защиты нарушенных трудовых прав в связи с изданием названного выше приказа не могут иметь определяющего значения, поскольку решение об отказе в удовлетворении исковых требований Д. в соответствующей части принято по существу спора и с учетом всех имеющих правовое значение обстоятельств. В соответствии с Приказом N -К от ДД.ММ.ГГГГ управляющего ОО "Тверской" о прекращении действия трудового договора с работником (увольнении) Д. был уволен 24 июня 2010 года за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей: прогул, подпункт "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ.
Согласно ст. 81 ч. 1 п. 6 п. п. "а" ТК РФ работодатель может расторгнуть трудовой договор в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, а именно, прогула (отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня).
На основе анализа представленных доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у работодателя имелись основания для признания факта совершения истцом прогула.
Основанием к увольнению послужил установленный работодателем факт отсутствия истца 16 июня 2010 года на рабочем месте более четырех часов подряд в течение рабочего дня без уважительных причин.
Указанное обстоятельство подтверждается Актом об отсутствии работника на рабочем месте от 16.06.2010 года, служебной запиской ФИО8 от 16.06.2010 года, Табелем учета рабочего времени филиала 3652 Банка ВТБ 24 (ЗАО), операционный офис "Тверской"; заключением на предмет правомерности применения дисциплинарного взыскания главного РОО "Тверской" ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно п. 39 Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации" увольнение за прогул является обоснованным и правомерным в случае нахождения работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.
В соответствии с п. 7.1., 8.1. Правил внутреннего трудового распорядка ВТБ 24 (ЗАО) утвержденных приказом 25.07.2007 N 59 продолжительность рабочего времени для Работников Банка составляет 40 часов в неделю. Начало работы в 9 час. 00 мин., окончание работы в 18 час. 00 мин. (в пятницу - в 17 час. 00 мин.) с установленным перерывом для отдыха и питания - 48 минут.
Начало обеденного перерыва - в 12 часов 12 минут, окончание - в 13 часов. В Трудовом договоре может быть установлено иное время предоставления обеденного перерыва. Также начало обеденного перерыва в данный рабочий день может быть перенесено по согласованию (устному или письменному) между Работником и его непосредственным руководителем. При этом время такого переноса не может превышать двух часов.
Трудовым договором N от ДД.ММ.ГГГГ иное время предоставления перерыва работнику не предусмотрено, переноса обеденного перерыва 16.06.2010 года в отношении Д. места не имело.
В соответствии с данными составленного работодателем акта от 16.06.2010 года Д. отсутствовал на рабочем месте в указанный день в период с 11.36 до 16.26.
На основе анализа обусловленных положениями локальных нормативных актов и содержания трудового договора, данных о продолжительности рабочего времени у Д., как работника офиса, в течение рабочей недели, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что время отсутствия истца на рабочем месте 16 июня 2010 года составило 4 часа 02 мин., т.е. превышало определенные законодательно четыре часа.
Доводы истца, приводимые в обоснование того, что нахождение 16.06.10 за пределами офиса было связано с выполнением служебных задач, т.е. вызвалось уважительными причинами, тщательно проверялись судом первой инстанции при разрешении спора.
Вопросы, касающиеся определения понятия рабочего места применительно к разрешаемому спору, возможности обеспечения осуществления контроля со стороны работодателя и обеспечения выполнения трудовой дисциплины отражены в определении выше при анализе законности привлечения Д. к дисциплинарной ответственности в виде выговора и, соответствующие положения, безусловно применимы и к рассмотрению ситуации, связанной с отсутствием Д. на работе 16.06.10.
Д. с предоставлением справок, подтверждающих его позицию, утверждалось, что 16.06.10 года он с 12.00 до 13.00 находился в офисе ООО "Воды Архыза" по вопросам дальнейшей поставки в офис воды; с 14.10 до 14.50 - в офисе ООО "Компания Бином", где обсуждались вопросы закупки канцелярских товаров на 3 квартал 2010 года; с 15.10 до 16.00 находился в офисе ООО "СтройКо" по поводу обсуждения вопросов по косметическому ремонту здания банка ВТБ 24 и согласованию текста договора по профилактическому обслуживанию системы теплоснабжения здания.
Положения должностной инструкции коменданта ОО "Тверской" ВТБ24 свидетельствуют о подчиненности названного работника управляющему.
Из материалов дела следует, что каких-либо поручений со стороны руководства Д. в отношении посещения 16.06.10 года каких-либо, в том числе и указываемых истцом, организаций и решения там обусловленных производственными задачами вопросов, не давалось.
Показания представителей ответчика свидетельствуют о том, что необходимости разрешения тех или иных проблем с выездом в называемые истцом организации именно коменданта офиса, не имелось.
Истец, отсутствуя на рабочем месте в известность об этом, о причине отсутствия и необходимости разрешения конкретных служебных вопросов руководителя, либо его заместителя в известность не ставил.
При составлении акта об отсутствии на рабочем месте 16.06.10 Д. не было приведено аргументов по вопросу причин его отсутствия.
Предложение работодателя, имевшее место 16.06.10, года по вопросу предоставления объяснений о причинах отсутствия на работе, осталось без реализации. 18.06.10 года был составлен акт об непредоставлении Д. соответствующей объяснительной.
Приведенное свидетельствует о том, что непосредственно после установления факта отсутствия Д. 16.06.10 года на рабочем месте он не ссылался на решение служебных проблем в конкретных организациях и не предоставлял доказательства в подтверждение уважительности причин отсутствия, что позволяет подвергнуть сомнению предложенную истцом позднее версию.
Приведенные данные о предложении истцу дать необходимые объяснения до решения вопроса о привлечении его к ответственности и составление 18 июня 2010 года акта, свидетельствующего об их непредставлении в двухдневный срок, позволяют сделать вывод о соблюдении ответчиком процедуры, связанной с применением дисциплинарного взыскания в виде увольнения.
С учетом приведенного судебная коллегия приходит к выводу, что постановленное по делу решение основано на установленных в ходе рассмотрения спора обстоятельствах и соответствует положениям норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Доводы кассационной жалобы и кассационного представления не могут послужить поводом к отмене состоявшегося по делу решения.
Ссылки в кассационной жалобе на разрешение требований истца не в полном объеме не согласуются с материалами дела и не свидетельствуют о незаконности решения.
Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Центрального районного суда г. Твери от 8 апреля 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу Д. и кассационное представление прокурора Центрального района г. Твери - без удовлетворения.
Председательствующий
Е.В.КОЗЛОВА
Судьи
областного суда
В.С.МАЛИЧ
С.Н.ПОЙМЕНОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)
ОПРЕДЕЛЕНИЕ ТВЕРСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 24.05.2011 N 33-2013
Разделы:Должностная инструкция; Документирование трудовых отношений
Обращаем Ваше внимание на то обстоятельство, что данное решение могло быть обжаловано в суде высшей инстанции и отменено
ТВЕРСКОЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 24 мая 2011 г. N 33-2013
Судья: Булыгина Н.В.
Судебная коллегия по гражданским делам Тверского областного суда в составе:
председательствующего Козловой Е.В.,
судей Малич В.С. и Пойменовой С.Н.
при секретаре Г.
с участием прокурора Мироновой М.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Твери 24 мая 2011 года по докладу судьи Малич В.С.
дело по кассационной жалобе Д. и кассационному представлению прокурора Центрального района
на решение Центрального районного суда г. Твери от 8 апреля 2011 года, которым постановлено:
"Д. в удовлетворении исковых требований к Банку ВТБ 24 (ЗАО) о восстановлении на работе, оплате за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания - отказать".
Судебная коллегия
установила:
Д. обратился в суд с иском к ВТБ 24 (ЗАО) о восстановлении на работе, оплате вынужденного прогула, компенсации морального вреда, о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности.
Требования мотивированы тем, что приказом от 20 марта 2008 года он был принят на работу операционный офис "Тверской" филиала N Банка ВТБ 24 (ЗАО) на должность коменданта, с ним был заключен трудовой договор.
Приказом N -К от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с замещаемой должности в соответствии с п. п. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ за систематическое грубое нарушение работником трудовых обязанностей.
Считает увольнение незаконным, так как его отсутствие на рабочем месте имело место только в связи с выполнением обязанностей, возложенных на него должностной инструкцией.
Незаконным увольнением ему причинен моральный вред, который выразился в нравственных и физических страданиях. Он испытывал чувство страха, чувство стыдливости перед коллегами, знакомыми, контрагентами и поставщиками, бывшими сослуживцами, семьей, перенес стресс, вынужден был обратиться к врачу невропатологу, в связи с ухудшением состояния здоровья. При этом сильно упал (понизился) его авторитет в банковских кругах.
Продолжительное время он не может трудоустроиться, так как работодатели при приеме на работу обращают внимание на запись об увольнении в трудовой книжке. Моральный вред истец оценил в рублей.
Приказ от ДД.ММ.ГГГГ N -ЛС о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде выговора за систематическое отсутствие на рабочем месте без уважительной причины с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ полагал незаконным, т.к. он был основан на данных, которые не могут являться подтверждением допущенных нарушений. С актом служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ и заключением юриста он ознакомлен не был. С данным приказом согласен не был и намеревался его обжаловать. ДД.ММ.ГГГГ последовало его увольнение.
В судебном заседании истец Д. и его представители Б. и Т. исковые требования поддержали.
Представитель истца Т. пояснила суду, что выполнение должностных обязанностей Д. могло иметь место в условиях передвижного (разъездного) характере работы, в трудовом договоре не оговорено конкретное рабочее место.
Полагала наложение дисциплинарного взыскания в виде выговора незаконным. Указывала на то, что не ясно в какое время была составлена служебная записка ФИО7 ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ "В отношении проверки соблюдения сотрудниками режима рабочего времени". Факт отсутствия Д. на рабочем месте был установлен ФИО8 только по истечении рабочего времени, после 18 часов.
09.06.2010 в 09.08 Д. на электронную почту пришло письмо от ФИО7 с предложением предоставить письменное объяснение с указанием причин регулярного отсутствия на рабочем месте в срок до 15.06.2010. В ответ на указанное письмо истцом 09.06.2010 в 10.17 была написана объяснительная, в которой истец изложил причины отсутствия на рабочем месте, и отправлена ФИО7 по электронной почте.
Впоследствии данное письмо не было оценено руководством, в документах же ответчика значилось, что Д. отказался от дачи объяснений. Полагала, что дача объяснений посредством использования электронной связи не противоречит требованиям законодательства.
Данные выборочной видеофиксации не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств по делу, так как содержащаяся в них информация не соответствует действительности.
Служебная записка ФИО8 на имя ФИО7 о переносе отпуска в связи с проведением служебной проверки по факту систематического отсутствия работника на рабочем месте, датированная и согласованная 11.06.2010 и Распоряжение о переносе отпуска работнику N от 11.06.2010 являются подложными доказательствами, поскольку 11.06.2010 ФИО7, согласно данным Табеля учета рабочего времени находился в служебной командировке и не имел возможности подписать соответствующие документы.
С приказом от ДД.ММ.ГГГГ Д. не был ознакомлен, факт систематического отсутствия истца на рабочем месте ответчиком не подтвержден.
Отсутствие истца в офисе 16.06.2010 вызвано уважительными причинами, поскольку он самостоятельно осуществлял выезды к контрагентам в целях исполнения должностных обязанностей.
Представленный в суд табель учета рабочего времени, в котором зафиксирован прогул Д. является недостоверным документом. Акт от 16.06.2010 об отсутствии на рабочем месте и последующие акты об отказе дать объяснения по существу отсутствия на рабочем месте не являются надлежащими доказательствами по делу. Служебная записка от 16.06.2010 ФИО8 также не может быть принята во внимание судом, поскольку ФИО8 находился в ежегодном отпуске и не мог составлять служебную записку.
Кроме того был нарушен порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и выдачи трудовой книжки.
Представители ответчика по доверенности С., Ф., К., М. исковые требования не признали и пояснили, что наложение дисциплинарных взысканий в виде выговора и увольнения являются правомерными, порядок привлечения к дисциплинарной ответственности ответчиком не нарушен.
Судом постановлено приведенное выше решение. В кассационной жалобе Д. ставит вопрос об отмене решения суда и просит разрешить дело по существу, удовлетворив его исковые требования. В жалобе указывает, что судом неверно истолкованы фактические обстоятельства дела и не применен закон, подлежащий применению. В соответствии с п. 1.4 Трудового договора местом работы Работника является здание (помещение ОО "Тверской", иное место нахождения структурного подразделения ОО "Тверской", расположенное в черте города Тверь, а также иное место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем Работодателя. В ОО "Тверской" имеется локальный нормативный акт о типовом рабочем месте, согласно которому, за каждым отделом Банка, а также за каждой должностью закреплено определенное типовое рабочее место, но в данном документе отсутствует закрепление какого-либо конкретного рабочего места за комендантом. В Трудовом договоре, заключенном с Д. и в Должностной инструкции коменданта отсутствует упоминание о том, что работник обязан находиться на своем рабочем месте, определенном внутренними документами организации, не покидать рабочее место без соответствующего разрешения своего непосредственного руководителя или руководителя организации. Таким образом, Д. действовал в соответствии с п. 2.1.1 Трудового договора и п. 4.2 Должностной инструкции. Ответчик не отрицал, что на рабочем месте Д. были отключены все средства связи, однако, суд не принял во внимание это обстоятельство и сделал противоположный вывод о том, что рабочее место Д. было оснащено оборудованием, необходимым для осуществления работы с контрагентами. Из содержания Должностной инструкции следует, что должностные обязанности Д. носили разъездной характер, то есть возможность их исполнения была связана с нахождением и вне места основной работы. Комендант непосредственно подчиняется Управляющему. В ОО "Тверской" отсутствуют какие-либо локальные нормативные акты, обязывающие работника в случае ухода с рабочего места для выполнения возложенных на него обязанностей, информировать об этом непосредственного руководителя. Служебная записка ФИО8 от 08.06.2010 не может быть допустимым доказательством, поскольку составлена после окончания рабочего дня, тогда как в Табеле учета рабочего времени не зафиксировано, что в этот день ФИО8 оставался на сверхурочную работу. Акт отсутствия работника на рабочем месте от 08.06.2010 также был составлен после окончания рабочего времени, поэтому истец не был с ним ознакомлен, а ссылка в Акте на отказ работника с ним ознакомиться является несостоятельной. Суд необоснованно признал ненадлежащим доказательством объяснения истца по поводу отсутствия на рабочем месте, направленные ФИО7 на электронную почту, поскольку этот документ был оформлен в соответствии с требованием действующего законодательства. Система охранного телевидения не предусмотрена для фиксации уходов работников с рабочего места и ее данные не могут быть доказательством в суде. Доводы о переносе отпуска ФИО8 не нашли своего подтверждения в суде, поскольку представленные ответчиком документы оформлены позднее или ранее срока наложения дисциплинарного взыскания в виде выговора. В суде доказан лишь один факт отсутствия истца на рабочем месте (08.06.2010), тогда как в качестве основания для привлечения к дисциплинарной ответственности, указана систематичность прогулов. Суд сделал ошибочный вывод относительно пропуска срока на обжалование приказа N -ЛС от ДД.ММ.ГГГГ о дисциплинарном взыскании в виде выговора, так как о наличии приказа он узнал только 21 июня 2010 года, а уточненные исковые требования были поданы им в Заволжский районный суд 20.09.2010, то есть в срок, установленный ст. 392 ТК РФ. Суд необоснованно принял во внимание показания свидетеля ФИО11, который не отрицал наличие конфликтных отношений с истцом. 16.06.2010 в связи с отключением средств связи был вынужден осуществлять самостоятельные выезды к контрагентам банка. Офисы контрагентов находятся под косвенным контролем работодателя, так как информацию о присутствии или же отсутствии работника в них можно проверить. Нахождение истца в офисах контрагентов подтверждается соответствующими справками, что свидетельствует о надлежащем выполнении истцом возложенных на него обязанностей и не является прогулом. Табель учета рабочего времени не может рассматриваться как доказательство, так как не соответствует форме, установленной Постановлением Госкомстата РФ от 05.01.2004 N 1. Судом также нарушены нормы процессуального права, в частности заявленные исковые требования были рассмотрены и оценены судом не в полном объеме, а частично (только об обжаловании двух приказов).В кассационном представлении прокурора ставится вопрос об отмене решения суда и направлении дела на новое рассмотрение. При этом имеет место ссылка на то, что исходя из положений должностной инструкции и трудового договора, Д. вправе покидать здание филиала в целях выполнения служебных задач, связанных с материально-техническим обеспечением офиса. При этом уведомление об отсутствии в офисе кого-либо из руководства, обязательным не Д. представил суду доказательства уважительности причин отсутствия в здании филиала 16.06.2010, данных, свидетельствующих о недостоверности документов, у ответчика не имеется. Кроме того, в табеле учета рабочего времени сведений относительно отсутствия Д. на рабочем месте в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ нет. Срок обжалования данного приказа истцом не пропущен.Таким образом, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, что в силу п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ, является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав Д. и его представителя Т., поддержавших доводы жалобы, представителей Банка ВТБ 24 (ЗАО) по доверенности С., Ф., М., К., возражавших против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Мироновой М.С., поддержавшей кассационное представление и полагавшей решение суда подлежащим отмене, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановленного по делу решения. Судом первой инстанции установлено, что Д. работал в Банке ВТБ 24(ЗАО) в должности коменданта. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ N -ЛС ему был объявлен выговор за допущенные нарушения требований ст. 21, 189 Трудового кодекса РФ, п. 5.2 Трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, п. 7.1, 7.2 Правил внутреннего трудового распорядка, выраженные в систематическом отсутствии на рабочем месте без уважительных причин. Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка организации, соблюдать трудовую дисциплину. Согласно ч. 1 ст. 189 Трудового кодекса РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. В соответствии с Правилами внутреннего трудового распорядка ВТБ 24 (ЗАО), утвержденных приказом 25.07.2007 N 59 продолжительность рабочего времени для работников Банка составляет 40 часов в неделю. Начало работы в 9.00 часов, окончание в 18.00 часов, в пятницу в 17 часов. Аналогичные положения содержит и Трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ N, заключенный работодателем с Д.Пунктом 1.4 Трудового договора определено, что местом работы коменданта является здание (помещение) РОО "Тверской" филиала N ВТБ 24 (ЗАО), иное место нахождения структурного подразделения ТП, а также иное место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Принимая во внимание приведенные положения Трудового договора, а также положения ст. 209 Трудового кодекса РФ, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, суд пришел к правильному выводу, что рабочим местом коменданта на момент совершения дисциплинарного проступка и прогула должен быть признан рабочий кабинет коменданта, с рабочим столом, компьютером, телефоном, сканером и иным необходимым для исполнения рабочих обязанностей оборудованием, расположенный на 2-м этаже, по адресу: <...> (Здание РОО "Тверской" филиала N ВТБ 24 (ЗАО).Судом первой инстанции правомерно подвергнута критике позиция истца, связанная с тем, что в соответствии с характером выполняемых им должностных обязанностей и условиями заключенного с ним трудового договора он имел право покидать помещение офиса в целях выполнения служебных функций без уведомления руководства. При этом обоснованно имела место ссылка на следующие обстоятельства. Согласно положениям п. 1.2. должностной инструкцией коменданта, данный работник относится к категории специалистов банка, непосредственно подчиненных руководителю, а именно Управляющему подразделением банка.
В связи с выполнением служебных обязанностей Д., имел возможность покидать помещение банка, что не отрицалось и ответчиком. Однако, доводы истца, связанные с тем, что при этом на нем не лежала обязанность поставить руководителя в известность о факте своего отсутствия, не согласуются с нормами трудового законодательства, и локальных нормативных актов регулирующих вопросы трудовой дисциплины. Нормы трудового законодательства, в частности положения ст. 209 ТК РФ предусматривают возможность нахождение работника в рабочее время в месте, которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. В том случае, если представитель работодателя не был поставлен работником в известность о месте своего нахождения, причинах пребывания вне помещения офиса и характере выполняемых при этом функций, возможность своевременного контролирования действий работника утрачивается.
Кроме того, судом при разрешении спора было принято во внимание, что за проверяемый службой безопасности период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ каких-либо распоряжений, требующих выездов за пределы офиса, истцу Управляющим во исполнение требований п. 3.1.1.2. Должностной Инструкции не давалось.
В отношении существующего в отделении банка официального и фактически реализуемого порядка оставления работником своего рабочего места только по согласованию с непосредственным руководителем в судебном заседании дал показания свидетель ФИО11
Доводы жалобы о том, что показания данного свидетеля не могли быть положены в основу решения в связи с наличием у последнего конфликтных отношений с Д., с учетом характера принятых судом показаний об объективно существующей в офисе практике, не могут быть приняты во внимание, как свидетельство неосновательности выводов суда.
Судом первой инстанции также правильно было учтено то обстоятельство, что рабочее место Д. в офисе было оснащено необходимым для осуществления работы с контрагентами оборудованием.
Доказательства полного лишения Д. возможности вести переговоры с представителями сторонних организаций из помещения банка, отсутствуют.
Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, оценив аргументы сторон, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при издании оспариваемого Д. приказа о наложении на него дисциплинарного взыскании в виде выговора, нарушений закона допущено не было.
Основанием для издания данного приказа послужил Акт служебной проверки от 16.06.2010 года, заключение главного юрисконсульта РОО "Тверской" ФИО10. от ДД.ММ.ГГГГ, на предмет правомерности применения дисциплинарного взыскания по факту отсутствия Д. на рабочем месте без уважительных причин в рабочие дни в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ
Составлению акта служебной проверки предшествовала служебная записка помощника по безопасности ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ на имя управляющего ОО "Тверской" филиала N ВТБ24, в которой нашли отражение данные выборочно контроля использования рабочего времени комендантом Д. и данные об его отсутствии в офисе.
В акте служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ приведены за каждый день данные о времени отсутствия Д. на рабочем месте в указанный выше период.
Ссылки в кассационной жалобе на оформление служебной записки после окончания рабочего дня ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после 18 часов, не могут свидетельствовать о порочности, либо недостоверности ее содержания.
Правомерным является и вывод суда первой инстанции о том, что процедура привлечения Д. к дисциплинарной ответственности нарушена не была.
В силу ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. В случае отказа работника дать указанное объяснение составляется соответствующий Акт. Отказ работника дать объяснение не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 09.08, т.е. после получении руководством служебной записки, на электронную почту истца было передано письмо управляющего ФИО7 с предложением подготовить письменное объяснение с указанием причин регулярного отсутствия на рабочем месте в срок до ДД.ММ.ГГГГ.
Однако письменное объяснение Д. в определенный руководством срок представлено не было.
В этой связи был составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указанный факт был зафиксирован.
В акте служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ имеется запись о том, что Д. от подписи и дачи объяснений в указанный день в 17 часов отказался.
Суд правомерно отверг доводы Д. в отношении предоставления объяснения по электронной почте, поскольку в распоряжении руководителя ставился вопрос о предоставлении именно письменного объяснения.
В подтверждение фактов отсутствия Д. в определенные временные промежутки с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ подтверждены и исследованными в судебном заседании материалами видеофиксации.
Ссылки кассатора на недостоверность данного способа фиксации и невозможности использования соответствующих материалов в качестве доказательства в суде, не могут быть приняты во внимание, т.к. доказательств порочности зафиксированных сведений кассатор не привел. Кроме того, их оценка производилась судом в совокупности с иными доказательствами по делу.
Ссылки кассатора на невозможность принятия в качестве доказательств подписанных помощником по безопасности ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ документов, поскольку названный работник в указанный период находился в отпуске и надлежащие доказательства о переносе ежегодного отпуска ФИО8 отсутствуют, не могут быть приняты в качестве обстоятельств, влекущих признание оспариваемого приказа незаконным.
Документальное подтверждение официального переноса времени отпуска ФИО8 в материалах дела имеется.
Вопросы, касающиеся периода нахождения в очередном ежегодном отпуске помощника по безопасности, трудовых прав и охраняемых законом интересов Д. не затрагивают.
Неотражение в Табеле учета рабочего времени данных в отношении отсутствия Д. на рабочем месте в рассматриваемый период, несоставление актов по каждому из фактов отсутствия, не свидетельствуют об обстоятельствах, исключающих возможность привлечения истца к дисциплинарной ответственности за систематическое в течение определенного промежутка времени отсутствия в пределах офиса.
Доказательств уважительности причин отсутствия в офисе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в указанные в приказе временные промежутки Д. не приводилось в ходе рассмотрения спора. Не имеется соответствующих доводов и в кассационной жалобе.
С учетом приведенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что приказ N -ЛС от ДД.ММ.ГГГГ об объявлении Д. выговора является законным.
Решение о привлечении к дисциплинарной ответственности Д., принято с учетом тяжести совершенного проступка, данных о личности истца.
Ссылки в кассационной жалобе на неосновательность выводов суда о пропуске срока на обращение в суд по вопросу защиты нарушенных трудовых прав в связи с изданием названного выше приказа не могут иметь определяющего значения, поскольку решение об отказе в удовлетворении исковых требований Д. в соответствующей части принято по существу спора и с учетом всех имеющих правовое значение обстоятельств. В соответствии с Приказом N -К от ДД.ММ.ГГГГ управляющего ОО "Тверской" о прекращении действия трудового договора с работником (увольнении) Д. был уволен 24 июня 2010 года за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей: прогул, подпункт "а" пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ.
Согласно ст. 81 ч. 1 п. 6 п. п. "а" ТК РФ работодатель может расторгнуть трудовой договор в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, а именно, прогула (отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня).
На основе анализа представленных доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что у работодателя имелись основания для признания факта совершения истцом прогула.
Основанием к увольнению послужил установленный работодателем факт отсутствия истца 16 июня 2010 года на рабочем месте более четырех часов подряд в течение рабочего дня без уважительных причин.
Указанное обстоятельство подтверждается Актом об отсутствии работника на рабочем месте от 16.06.2010 года, служебной запиской ФИО8 от 16.06.2010 года, Табелем учета рабочего времени филиала 3652 Банка ВТБ 24 (ЗАО), операционный офис "Тверской"; заключением на предмет правомерности применения дисциплинарного взыскания главного РОО "Тверской" ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно п. 39 Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации" увольнение за прогул является обоснованным и правомерным в случае нахождения работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места.
В соответствии с п. 7.1., 8.1. Правил внутреннего трудового распорядка ВТБ 24 (ЗАО) утвержденных приказом 25.07.2007 N 59 продолжительность рабочего времени для Работников Банка составляет 40 часов в неделю. Начало работы в 9 час. 00 мин., окончание работы в 18 час. 00 мин. (в пятницу - в 17 час. 00 мин.) с установленным перерывом для отдыха и питания - 48 минут.
Начало обеденного перерыва - в 12 часов 12 минут, окончание - в 13 часов. В Трудовом договоре может быть установлено иное время предоставления обеденного перерыва. Также начало обеденного перерыва в данный рабочий день может быть перенесено по согласованию (устному или письменному) между Работником и его непосредственным руководителем. При этом время такого переноса не может превышать двух часов.
Трудовым договором N от ДД.ММ.ГГГГ иное время предоставления перерыва работнику не предусмотрено, переноса обеденного перерыва 16.06.2010 года в отношении Д. места не имело.
В соответствии с данными составленного работодателем акта от 16.06.2010 года Д. отсутствовал на рабочем месте в указанный день в период с 11.36 до 16.26.
На основе анализа обусловленных положениями локальных нормативных актов и содержания трудового договора, данных о продолжительности рабочего времени у Д., как работника офиса, в течение рабочей недели, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что время отсутствия истца на рабочем месте 16 июня 2010 года составило 4 часа 02 мин., т.е. превышало определенные законодательно четыре часа.
Доводы истца, приводимые в обоснование того, что нахождение 16.06.10 за пределами офиса было связано с выполнением служебных задач, т.е. вызвалось уважительными причинами, тщательно проверялись судом первой инстанции при разрешении спора.
Вопросы, касающиеся определения понятия рабочего места применительно к разрешаемому спору, возможности обеспечения осуществления контроля со стороны работодателя и обеспечения выполнения трудовой дисциплины отражены в определении выше при анализе законности привлечения Д. к дисциплинарной ответственности в виде выговора и, соответствующие положения, безусловно применимы и к рассмотрению ситуации, связанной с отсутствием Д. на работе 16.06.10.
Д. с предоставлением справок, подтверждающих его позицию, утверждалось, что 16.06.10 года он с 12.00 до 13.00 находился в офисе ООО "Воды Архыза" по вопросам дальнейшей поставки в офис воды; с 14.10 до 14.50 - в офисе ООО "Компания Бином", где обсуждались вопросы закупки канцелярских товаров на 3 квартал 2010 года; с 15.10 до 16.00 находился в офисе ООО "СтройКо" по поводу обсуждения вопросов по косметическому ремонту здания банка ВТБ 24 и согласованию текста договора по профилактическому обслуживанию системы теплоснабжения здания.
Положения должностной инструкции коменданта ОО "Тверской" ВТБ24 свидетельствуют о подчиненности названного работника управляющему.
Из материалов дела следует, что каких-либо поручений со стороны руководства Д. в отношении посещения 16.06.10 года каких-либо, в том числе и указываемых истцом, организаций и решения там обусловленных производственными задачами вопросов, не давалось.
Показания представителей ответчика свидетельствуют о том, что необходимости разрешения тех или иных проблем с выездом в называемые истцом организации именно коменданта офиса, не имелось.
Истец, отсутствуя на рабочем месте в известность об этом, о причине отсутствия и необходимости разрешения конкретных служебных вопросов руководителя, либо его заместителя в известность не ставил.
При составлении акта об отсутствии на рабочем месте 16.06.10 Д. не было приведено аргументов по вопросу причин его отсутствия.
Предложение работодателя, имевшее место 16.06.10, года по вопросу предоставления объяснений о причинах отсутствия на работе, осталось без реализации. 18.06.10 года был составлен акт об непредоставлении Д. соответствующей объяснительной.
Приведенное свидетельствует о том, что непосредственно после установления факта отсутствия Д. 16.06.10 года на рабочем месте он не ссылался на решение служебных проблем в конкретных организациях и не предоставлял доказательства в подтверждение уважительности причин отсутствия, что позволяет подвергнуть сомнению предложенную истцом позднее версию.
Приведенные данные о предложении истцу дать необходимые объяснения до решения вопроса о привлечении его к ответственности и составление 18 июня 2010 года акта, свидетельствующего об их непредставлении в двухдневный срок, позволяют сделать вывод о соблюдении ответчиком процедуры, связанной с применением дисциплинарного взыскания в виде увольнения.
С учетом приведенного судебная коллегия приходит к выводу, что постановленное по делу решение основано на установленных в ходе рассмотрения спора обстоятельствах и соответствует положениям норм материального права, регулирующих спорные правоотношения.
Доводы кассационной жалобы и кассационного представления не могут послужить поводом к отмене состоявшегося по делу решения.
Ссылки в кассационной жалобе на разрешение требований истца не в полном объеме не согласуются с материалами дела и не свидетельствуют о незаконности решения.
Руководствуясь ст. 361 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Центрального районного суда г. Твери от 8 апреля 2011 года оставить без изменения, кассационную жалобу Д. и кассационное представление прокурора Центрального района г. Твери - без удовлетворения.
Председательствующий
Е.В.КОЗЛОВА
Судьи
областного суда
В.С.МАЛИЧ
С.Н.ПОЙМЕНОВА
© Обращаем особое внимание коллег на необходимость ссылки на "DAYWORK.RU | Кадровая служба предприятия" при цитированиии (для on-line проектов обязательна активная гиперссылка)